1 декабря военная полиция в РФ не появится

Создание военной полиции в России пробуксовывает. Как выяснил корреспондент Первого антикоррупционного, образование новой структуры вновь отложено с 1 декабря на неизвестный срок.

Разговоры о введении института военной полиции ведутся в РФ уже 10 лет. Один из первых инициаторов создания ВП, генерал-полковник Владимир Кулаков, в прошлом — начальник Управления службы войск и воинской дисциплины Минобороны, а ныне — первый заместитель председателя комитета Совета Федерации по регламенту и организации парламентской деятельности — говорит, что решение о ее создании было принято правительством в 1993 году.

«С 1995 года ведомство, которое я тогда возглавлял, занималось этим вопросом. На основании наставлений и руководств, существующих в армиях НАТО (были проанализированы документы 28 иностранных армий), мы разработали концепцию создания в Российской армии подобной структуры».

Однако в девяностых была острая нехватка финансовых средств, и вопрос о военной полиции решался очень медленно. Кроме того, силовикам – МВД, пограничникам, военной прокуратуре – не удалось согласовать те полномочия, которые они готовы делегировать полицейским. В результате работа в этом направлении развалилась.

Следующий срок организации ВП — весна 2010 года. Планировалось введение института военной полиции, которая бы находилась в ведении Минобороны России. Предполагаемая кадровая численность — 5 тысяч человек. Личный состав планировалось преимущественно комплектовать из числа офицеров, имеющих юридическое образование.

Однако в марте 2010 года создание военной полиции было приостановлено. В ноябре 2011 года министр обороны Анатолий Сердюков заявил, что ВП начнёт функционировать в России с 1 декабря 2012 года.

10 октября 2012 года газета «Коммерсантъ» сообщила, что проект закона «О военной полиции» отправлен на согласование в силовые ведомства и, как только он будет одобрен, его отправят на рассмотрение в правительство, а потом внесут в Госдуму. Военная полиция в РФ появится 1 декабря. Надзор за деятельностью военной полиции будет осуществляться генеральным прокурором РФ и подчиненными ему военными прокурорами.

«Forbes» раскрыл подробности законопроекта «О военной полиции»: в нем шесть глав и 34 статьи. Документ предлагает внесение 25 поправок в уже существующие законы: «О прокуратуре РФ», «О полиции», «Об оперативно-розыскной деятельности», «О судебных приставах», «Об обороне». 

Военной полиции передадут полномочия по приему, регистрации и проверке сообщений о совершенных или готовящихся покушениях, а также принятию процессуальных решений, предусмотренных УПК. Полицейские смогут вести дознание, производить неотложные следственные действия по уголовным делам, добиваться содержания военнослужащих на гауптвахтах, заниматься розыском и задержанием подозреваемых, обвиняемых и осужденных военнослужащих и дезертиров. Военная полиция будет отвечать за розыск похищенного или утраченного оружия, боеприпасов и военной техники, охрану руководящего состава Минобороны и органов военного управления. Ведомство сможет заниматься экспертно-криминалистической деятельностью; участвовать в контртеррористических операциях; получать по письменному запросу сведения, справки, документы и даже персональные данные, необходимые в рамках расследования; получать, хранить, использовать, выдавать и уничтожать дактилоскопическую и геномную информацию.

Надзор за деятельностью военной полиции будет осуществлять Генеральный прокурор России и подчиненные ему военные прокуроры. Финансирование ВП будет осуществлять непосредственно Минобороны.

В конце октября, когда штат военной полиции был уже практически укомплектован, появилась информация, что официальная дата учреждения новой структуры переносится с 1 декабря на неопределенный срок. Силовикам так и не удалось согласовать функционал и разграничить полномочия.

Депутат Госдумы, член комитета по безопасности и противодействию коррупции Дмитрий Горовцов заявил Первому антикоррупционному, что «сроки перенесены, потому что не просчитаны расходы федерального бюджета».

«Так же как реформирование Следственного комитета все упирается в финансирование, — отметил Горовцов. — Создание военной полиции предусматривает серьезные бюджетные траты. Между тем, внесенный в Думу федеральный бюджет уже сверстан с большими трудностями. Был скандал с невключением в него предвыборных «обещаний» Путина, в результате последовала отставка одного из нынешних министров».

По мнению законодателя, вопрос о целесообразности создания военной полиции должен приниматься после всенародного обсуждения. Свои позиции должны высказать структуры гражданского общества и общественные организации.

«Это непростой вопрос для нашей страны. Также все происходило с переименованием милиции в полицию. Теперь мы видим неудовлетворительный результат этой реформы. И многие эксперты говорят о том же— провал реформы, затеянной Нургалиевым. Понятие «полиции» (в том числе и военной) не соответствует нашему менталитету. Обществу непонятны задачи и цели этой структуры. Здесь крайне необходимо всеобщее обсуждение», — отметил Дмитрий Горовцов.

Обозреватель «Военно-промышленного курьера» Олег Фаличев считает, что затягивание вопроса не связано с финансированием.

«Дело в том, что военнослужащие принадлежат различным ведомствам и силовым структурам. У каждого из этих ведомств есть свой начальник. Вопрос в том, будут ли военнослужащие выполнять указания и подчиняться действиям военной полиции. Я думаю, что не будут. Здесь момент разноподчиненности людей в погонах. Сейчас я не вижу необходимости для военнослужащих в военной полиции», — отметил эксперт.

Другой эксперт — замредактора «Независимого военного обозрения» Виктор Литовкин — считает, что в России ничего не рождается сразу, должен пройти процесс становления:

«Сроки начала работы военной полиции несколько раз назывались и несколько раз переносились. Закона о военной полиции нет, положения о военной полиции, утвержденного на всех уровнях, тоже. Вероятно, у государства нет денег на это. Кроме того, не решено, кому полиция реально будет подчиняться — Министерству обороны или Главной военной прокуратуре. Говорить вообще про военную полицию пока несерьезно, хотя она нужна России. Ничто не рождается сразу. Это процесс становления, поэтому в течение какого-то времени военная полиция все равно будет организована», — отметил в беседе с корреспондентом Первого антикоррупционного Виктор Литовкин.

Военный обозреватель Александр Гольц в свою очередь рассказал, что тема создания военной полиции возникает, когда речь заходит о непорядках в вооруженных силах. «Но предполагать, что можно за счет одной военной полиции кардинально укрепить дисциплину, — это большое заблуждение«, — считает Гольц.

«Говорят, что военная полиция великолепно поддерживает дисциплину в армиях Соединенных Штатов и ряда других стран. Но в этих странах граждане от обычных полицейских не шарахаются, — добавляет эксперт. — Военная полиция хороша, когда есть корпус профессиональных сержантов, правильная мотивация офицерства, где, наконец, военных полицейских готовят в специальных академиях по особым программам. Только тогда военная полиция в российской армии будет на своем месте».

Сегодня военная полиция существует более чем в 40 государствах, в том числе в США, Германии, Франции, Великобритании и Китае, а на постсоветском пространстве — в Казахстане, Украине, Армении, Азербайджане, Грузии и странах Балтии.

Сообщить о коррупции
"Первое Антикоррупционное СМИ" проведет журналистское расследование и опубликует материалы.