Сообщить о коррупции Рубрики
Подписывайтесь на наш Telegram

Бизнесмен готов пройти полиграф, чтобы посадить фсбшников

Интервью Алексея Шматко, который покинул Россию, спасаясь от сотрудников спецслужб

Бывший владелец «Волгогазпроект» Алексей Шматко

Пензенский предприниматель Алексей Шматко, у которого представители областного УФСБ пытались отнять бизнес, рассказал об угрозах его семидесятилетнему отцу, желании силовиков отомстить и о том, как давно забытая диссертация помогла ему начать в Лондоне бизнес с нуля.

Бывшего владельца компании «Волгогазпроект» обвиняют в мошенничестве с НДС на 50 млн рублей, которое, по его мнению, совершили руководители пензенского УФСБ и налоговой. После отказа делиться бизнесом с сотрудниками спецслужб Алексей Шматко был вынужден бежать в Лондон, но теперь Генпрокуратура требует от властей Великобритании вернуть его на родину. Предприниматель отвечает на вопросы корреспондента ПАСМИ.

 — Как вам живется в Лондоне после бегства из России?

— Сам вопрос «каково тебе в эмиграции в Лондоне?» смешной. Я чувствую себя очень даже неплохо. И, кажется, мне удается реализовать тему своей диссертации, которую я написал в 1999 году. То, что я придумывал тогда, сейчас очень модно, используя мои наработки в области нейронных сетей создаем новую платежную систему. В ноябре 2017 мы выиграли конкурс в лондонском Сити, и у нас появились очень серьезные инвесторы. И это все удается сделать мне — лицу без гражданства. Я не имею права даже работать. Но местные чиновники изучили мой проект, и, понимая его перспективность, наоборот, поддерживают всячески и сглаживают административные барьеры. Думаю, в начале следующего года об этом моем проекте услышат и в России, в том числе. Раскрывать его я пока не стану.

Верите ли вы, что предприниматель сможет добиться обвинения и осуждения экс-сотрудников ФСБ?

— И одновременно суд решает вопрос о вашей экстрадиции?

— Да. Здесь идет большой процесс по моей экстрадиции. Надеюсь, что все закончится для нашей семьи победой. Возвращаться домой мне достаточно опасно. Я не могу предполагать, как мыслят все те, кто преследовал меня в России, но думаю, что если я вернусь, давление будет более серьезным, чем в 2010 году. Ведь я дал огласку этому процессу, и подставил, по их мнению, тогдашнего губернатора Бочкарева. Правда, он сейчас находится в иных мирах, и никакая огласка его уже не волнует. Вторым оказался бывший зам УФСБ Пензенской области Николай Антонов, который после скандала стал сползать по иерархии — в администрацию области, потом в администрацию города, а сейчас, по моим данным, руководит компанией по вывозу мусора.

— Думаете, они настолько боятся обвинений?

— Их вина легко доказуема. Преступление, которое на меня повесили, было, по их мнению, совершено в то время, когда я вообще не находился в стране. Они обвиняют меня в том, что я якобы незаконно получал компенсацию за НДС, при этом совершал это, выдавая деньги на совершение преступления наличными, несколько раз, и в офисе, который на тот момент еще не был офисом моей компании. Более того, НДС по всем правилам законно получала и получила компания-заказчик, с которой мы строили котельную… Мало того что я готов пройти через полиграф, через любые верификационные исследования, чтобы доказать свою правоту. Документы говорят сами за себя — в те даты, когда мне вменяют раздачу денег в несуществующем офисе, я находился с семьей на отдыхе в Турции…
А вот готовы ли эти следователи, оперативники, прокуроры пройти детектор лжи? Сомневаюсь. Иначе бы из России никто бы не отправлял в Лондон запрос о моей экстрадиции. И никто бы не затаскивал силком в машину и не увозил моего семидесятилетнего отца.

— Что значит увезти «силком»? Похищали?

— Два раза. Может быть и больше. Папа — настоящий мужик. Не скажет, если было больше, если я вдруг не узнаю от других людей. В последний раз это произошло в марте 2017 года. Он находился у подъезда дома, когда к нему подошли двое крепких мужчин, одетых в гражданскую одежду, и схватив его, затолкнули к припаркованной там «пятерке». Машина тоже была с гражданскими номерами. Папу привезли в какое-то отделение полиции и стали сначала долго допрашивать, а потом начали ему угрожать расправой. Требовали, чтобы он раскрыл мое точное местонахождение в Лондоне.
То же самое было и в 2016 году. Понимаете, они называют мое разоблачение критикой власти. И от папы требовали, чтобы я прекратил «критиковать российскую власть». Я бы хотел напомнить в связи с этим, что президент Путин в своем послании Федеральному Собранию признал, что против бизнеса в восьмидесяти процентах случаев уголовные дела фабрикуют. Глава государства признал, а областные чиновники с этим не согласны. Бизнес-омбудсмен Титов сообщил, что висящих в воздухе дел против предпринимателей сейчас около миллиона. То есть, порядка 20% бизнесменов находятся под уголовным преследованием! Но меня обвиняют в критике власти. Получается, раз их поймали на явном преступлении — они сфабриковали уголовное дело, то это уже что-то незаконное.

— Вы говорили, что вас постоянно пытали, после того, как посадили в СИЗО?

— Они меня незаконно отправили в тюрьму, когда действовала поправка, запрещающая задерживать бизнесменов, которых подозревают в экономических преступлениях. Это первое. Они в один день арестовали все счета моей компании, компьютеры, 1 млн 800 тыс. рублей в сейфе, разогнали сто человек сотрудников по домам. Это второе. И, наконец, пытали. Угрожали изнасиловать мою жену и ребенка… Согласен, что угрозы и пытки доказать трудно, но я готов пройти детектор лжи. Их надо судить, как преступников. Особенно сейчас, когда коррупционеров стали жестко давить. Знаю, что Путин сделал поправку в Уголовный кодекс, и следователей и оперативников за такие преступления могут посадить на 10 лет. Думаю, их желание заполучить меня обусловлено страхом перед этим наказанием. Для них этот вопрос принципиальный — вернуть и посадить. Они даже на похороны моей мамы прислали оперативников. Я тогда уже уехал из России. И отец просто запретил мне возвращаться, чтобы проститься с мамой. Это было и ее последнее желание. Она оказалась права. Судя по тому, сколько шпиков было вокруг, меня бы точно задержали прямо на кладбище.

— Неужели ваша фирма была таким лакомым куском, что на нее «подписались» все силовые ведомства — УФСБ, полиция, областная прокуратура и следком?

— Оборот составлял 80 миллионов долларов в год. Это смешно, но в реестре компаний, моя фирма хоть уже и закрыта Налоговой инспекцией, но партнеры остаются ей должны 56 миллионов рублей. Забавная деталь. Когда я приехал в Великобританию, у меня уже не осталось почти ничего из заработанного в России. Но я скажу честно: даже если мне придется здесь работать дворником, я буду чувствовать себя лучше, чем если бы оставался бизнесменом в России и делился бы с этими ребятами.

Какая силовая структура в России наиболее подвержена коррупции?

— Вы собираетесь довести дело до конца, даже находясь в Лондоне?

— Конечно. Сейчас заявление в определенных инстанциях и процесс идет. Я не хочу опережать события, но надеюсь, что добьюсь своей цели. Та сторона пытается затормозить процесс. Для этого им и нужна моя экстрадиция — чтобы добиться от меня отзыва заявлений. Но я верю в победу.

— Если бы вы вернулись назад и снова попали бы в кабинет, в котором тот же человек предложил вам «поделиться» бизнесом, то согласились бы?

— Не думаю. Я все делал правильно. Не думаю, что я стал бы им платить. И точно также распорядился всем, что у меня было. Я ни о чем не жалею. Если я посажу нескольких преступников — значит, насколько это в моих силах, очищу Россию от грязи. Я хочу приехать в Пензу. Хочу прийти на могилу своей матери, с которой из-за всех этих преследований не смог даже попрощаться.

Самые свежие новости на нашем Telegram-канале

Новости smi2.ru

Журналистские расследования за 16—22 апреля

Кого разоблачили журналисты на этой неделе — обзор прессы в дайджесте ПАСМИ

Борьба с коррупцией: итоги недели 16—22 апреля

Заступничество Дрыманова не помогло Максименко

ФСБ позорит себя, занимаясь политическим рэкетом

Генерал КГБ прокомментировал аудиозаписи с угрозами высокопоставленных руководителей ФСБ и Администрации президента, ставшие достоянием широкой общественности

Трагедия в Кемерово

Рокировка Тулеева может быть защитным механизмом от арестов среди кемеровской элиты

Окружение экс-губернатора опасается новых уголовных дел по старым обстоятельствам

Трагедия в «Зимней вишне» ничему не научила МЧС

После пожарных проверок посетители торговых центров обнаруживают нарушения, которые неизбежно приведут к гибели людей в случае ЧП

СКР: высокопоставленные чиновники препятствовали проверкам пожарной безопасности в «Зимней вишне»

Адвокат: ввод и реконструкция «Зимней вишни» была одобрена замглавы Кемерова

Читать все материалы

13 лет для Максименко — осудили по понятиям

Суд проигнорировал грубейшие нарушения закона, допущенные Генпрокуратурой, при вынесении приговора

Telegram прессуют из-за планов Дурова по созданию легальной криптовалюты

Владелец мессенджера пострадал не за свободу слова, а за глобальную экономику

Новости smi2.ru

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: