Сообщить
о коррупции
Сообщить
о коррупции
Сообщить
о коррупции

Двойные стандарты для коррумпированных вице-губернаторов

Какие меры пресечения получили руководители регионов, попавшие под следствие?

За девять месяцев 2017 года года десять вице-губернаторов российских регионов стали фигурантами уголовных дел. Основная мера пресечения для них — заключение под стражу. Однако к некоторым из чиновников применили более мягкие меры, а один и вовсе скрывается от правосудия. Мы решили разобраться, кто и за что получил ту или иную меру пресечения, и как это может повлиять на расследование дел.

За решеткой

Под стражу заключили половину фигурантов уголовных дел. За решеткой оказались вице-губернаторы пяти регионов: замглавы Владимирской области Дмитрий Хвостов, Вологодской области Николай Гуслинский, Санкт-Петербурга Марат Оганесян, Курской области Василий Зубков, а также заместитель губернатора Приморского края Евгений Вишняков.
Первой ласточкой стал арест Дмитрия Хвостова. 27 января Следственный комитет Владимирской области возбудил уголовное дело по статье «получение взятки в крупном размере» против бывшего заместителя губернатора по строительству. За обещание руководителю крупной строительной фирмы «применить свою влиятельность» чиновник получил миллион рублей. Всего против Хвостова возбуждено четыре уголовных дела. Общая сумма взяток оценена в 17 млн рублей, кроме этого ему еще досталась квартира в качестве вознаграждения. Хвостов уволился с должности и уехал из региона, но в конце октября прошлого года его задержали в Краснодарском крае и этапировали во Владимир.
3 марта был задержан бывший замгубернатора Вологодской области Николай Гуслинский. Ему инкриминируют взятки на 3,75 млн рублей. Платные услуги чиновник оказывал за содействие в получении займа и общее покровительство агропромышленному комплексу «Вологодская ягода». Потом появилось еще одно дело против него. Следователи выяснили, что за те же услуги экс-чиновник получил «БМВ Х3».

Бывший вице-губернатор Санкт-Петербурга, Марат Оганесян. Михаил Киреев/РИА Новости

С момента задержания бывшего вице-губернатора Петербурга Марата Оганесяна скоро исполнится год. На совести чиновника, следуя обвинительному заключению, хищение 50 млн рублей при поставке табло для стадиона на Крестовском. Кроме того, 5 мая на него легло обвинение в получении 20 млн рублей взятки от главы «СтройЭлектроМонтажа». За эту сумму тогдашний вице-губернатор обещал компании участие в строительстве «Санкт-Петербург Арены».
Заместителя губернатора Курской области, председателя областного комитета региональной безопасности Василия Зубкова задержали 5 июня. По версии следствия, он получил гараж за миллион рублей от руководителя компании «Своя квартира». За взятку чиновник помог оформить документы на строительство жилого комплекса в центре Курска.
В конце июля в Приморье был взят под стражу вице-губернатор края Евгений Вишняков. Чиновника заподозрили в превышении полномочий. Его «сняли прямо с самолета» при попытке покинуть регион. Преступление связано со строительством микрорайона «Радужный» под Уссурийском. Вишняков, курирующий ТЭК, может быть причастен к завышению цены на строительство системы газоснабжения микрорайона на 53 млн рублей.

В домашнем уюте

Некоторым вице-губернаторам, подозреваемым в коррупции, повезло коротать время ареста в родных стенах.
24 мая этого года в изолятор временного содержания доставили заместителя главы Краснодарского края Юрий Гриценко. Он подозревается сразу в нескольких преступлениях. Дело о превышении должностных полномочий связано со строительством перинатального центра в Сочи. Следователи считают, что из-за схемы кредитования застройщика, разработанной Гриценко, ГАУ «Краснодаркрайгосэкспертиза» лишилось 200 млн рублей. Против него есть и дело о мошенничестве, которое позволило ему незаконно получить под застройку 2 га земли. Вице-губернатор пробудет под домашним арестом как минимум до 25 ноября.

Вице-губернатор Владимирской области Елена Мазанько (справа). Антон Денисов/РИА Новости

В июне было возбуждено уголовное дело против вице-губернатора Владимирской области Елены Мазанько. По версии следствия, чиновница получила 3 млн рублей от предпринимателей за помощь в заключении госконтрактов на ремонт в здании администрации области и поставку мебели. Мерой пресечения для неё стал домашний арест. Но, 31 августа судья отказал СКР в его продлении, а другой меры не назначил. Мазанько была освобождена прямо в зале суда. К слову, у нее диагностировано тяжелое заболевание, требующее лечения.

На коротком поводке

В апреле было возбуждено уголовное дело о злоупотреблении полномочиями в отношении омского вице-губернатора Станислава Гребенщикова. По данным следователей, он организовал выплату 14 млн рублей подрядчику, зная, что компания не выполняет условия контракта и уже накопила долги по полученным ранее авансам. После возбуждения дела Гребенщиков был госпитализирован с подозрением на сердечный приступ. Чиновник письменно подтвердил, что на время следствия он не будет выезжать за пределы города. Однако это нельзя официально считать «подпиской о невыезде».
Заместитель председателя правительства Ивановской области — директор департамента здравоохранения Светлана Романчук в июне стала фигурантом уголовного дела о злоупотреблении полномочиями. По данным следователей, она создала преимущественные условия для компании, обслуживающей медтехнику. Мерой пресечения для неё стала подписка о невыезде.

Как ветер в поле

В июле в розыск объявили бывшего вице-губернатора Ивановской области Виталия Ильюшкина, заподозрив его во взятке в 1,5 млн рублей. Следствие считает, что он получал деньги за создание преимуществ для одного из кандидатов в депутаты облдумы на выборах.

Есть ли «чувство меры» у российских судов?

Все-таки самой популярной мерой пресечений для вице-губернаторов, подозреваемых в коррупции, стало заключение под стражу. И не зря, ведь расследовать такие преступления и собирать доказательства для привлечения виновного к ответственности непросто. Как правило, круг лиц, замешанных в коррупции довольно широк — у чиновников есть подельники, посредники при передаче взяток, к конце концов выгодоприобретатели. Однако, эта условная ящерица с головой в виде высокопоставленного чиновника очень легко отбрасывает хвост — госслужащих низшего ранга незамедлительно «пускают в расход». А добраться до головы бывает очень трудно. Поэтому заключить их под стражу очень важно — это позволяет максимально ограничить контакты подозреваемых с их подельниками, снижает вероятность подкупа свидетелей, следствия или суда.

Все вице-губернаторы, оказавшиеся под арестом, подозреваются в совершении тяжких преступлений. Это мошенничества, хищения, взятки, превышение должностных полномочий с крупными суммами ущерба.
При этом среди фигурантов есть те, кто украл относительно немного. Как, например, Николай Гуслинский из Вологодской области, взятки которому следователи оценили в чуть более 4 млн рублей. Неплохая прибавка к зарплате, учитывая, что примерно столько получает за год работы губернатор Вологодской области. Еще интересней выходит, если оценивать эти взятки по отношению к средним зарплатам в регионе. Например, этой суммы хватило бы, чтобы оплатить труд среднестатистического учителя в течение 12 лет.

При этом вице-губернатор Санкт-Петербурга Марат Оганесян, возможно, за свои незаконные действия обогатился на 70 млн рублей. Это примерно треть суммы, необходимой, чтобы построить детский сад на 250 мест. На эти деньги также можно построить два небольших спортзала. То есть, хищение этих денег, выделенных из бюджета, лишили людей возможности заниматься спортом или водить детей в садик неподалеку от дома. Вред публичным интересам, нанесенный каждым конкретным чиновником-коррупционером, всегда напрямую отражается на качестве жизни людей.

Вице-губернатор Приморского края Евгений Вишняков. Евгений Епанчинцев/РИА Новости

Вице-губернатор Приморья Евгений Вишняков, подозреваемый в превышении должностных полномочий, может быть причастен к пропаже из бюджета 53 млн рублей из регионального бюджета при газификации микрорайона. На эту сумму, к примеру, можно было бы установить более десятка тысяч газовых счетчиков в квартирах жителей региона.

Иногда логика судей кажется не совсем понятной — под домашним арестом оказались вице-губернатор Кубани Юрий Гриценко и заместитель главы Владимирской области Елена Мазанько. При этом оба они подозреваются в совершении довольно тяжких преступлений. Мазанько — во взятках в особо крупном размере, а ущерб от действий Гриценко мог составить 200 млн рублей. Это самая значительная сумма, фигурирующая в делах вице-губернаторов. Её могло бы вполне хватить на строительство важного социального объекта.

Конечно, стоит учесть состояние здоровья чиновницы из Владимира, которая в итоге вовсе осталась без меры пресечения. Еще один вице-губернатор, Станислав Гребенщиков из Омской области, после возбуждения дела сказался больным. Почему-то мысли о здоровье не останавливали их, когда они решали пойти на весьма рискованные и незаконные действия, сулившие им наживу.

Подписка о невыезде досталась вице-губернаторам, которые стали фигурантами дел о превышении должностных полномочий. И было бы логичным, если бы при выборе меры суд руководствовался невысокой тяжестью этих преступлений или отсутствием данных о значительном ущербе бюджету. Но, в деле Станислава Гребещикова он мог составить не менее 14 млн рублей. Сумма внушительная даже по отношению к делам тех чиновников, которые были заключены под стражу из-за мошенничества или взяток. Это наводит на мысль о еще одном изъяне российского законодательства — наличие полномочий позволяет получить более мягкую статью несмотря на значительный ущерб. Получается, что и суд при вынесении приговора будет руководствоваться этой же странной логикой, и коррупционер получит меньший срок за аналогичное по вреду общественным интересам преступление.

В отличие от всех остальных, замешанный в политической коррупции заместитель главы Ивановской области Виталий Ильюшкин ускользнул от правосудия. Что стало причиной, неэффективная работа правоохранителей или коррупция в их рядах? К тому же, еще один чиновник мог скрыться от правосудия, однако замгубернатора Владимирской области Дмитрия Хвостова всё же удалось разыскать в Краснодарском крае и доставить в СИЗО.

Суд выбирал для вице-губернаторов разные меры пресечения и не всегда очевидно, какой логикой он руководствовался. Украл миллионы — оказался под домашним арестом, преспокойно живешь в своей квартире и дожидаешься суда. Превысил полномочия, нанес ущерб бюджету на десятки миллионов, получил подписку о невыезде, и свободно перемещаешься по городу, встречаешься с подельниками, заметаешь следы преступлений.

В этом смысле отсутствие единообразной практики создает почву для новых коррупционных преступлений — делает возможным подкуп суда или свидетелей. Процедура выбора меры пресечения для подозреваемого должна быть максимально прозрачной, а его критерии — понятными. В идеале, выбранная мера должна зависеть от суммы ущерба бюджету и от того, может ли фигурант повлиять на расследование дела, находясь на свободе. Пока же положение дел очень далеко от идеала.

Когда коррупционный скандал доходит до региональных чиновников высшего ранга, почему-то стало устоявшейся практикой наказывать его зама, а не самого руководителя. Сложно поверить, что буквально под носом у главы субъекта его подчиненные проворачивают преступные схемы на сотни миллионов рублей, а сам он остается в стороне, и более того, в полном неведении. Даже если поверить в неосведомленность губернатора, логичным было бы в случае возбуждения дела против его подчиненного поставить вопрос хотя бы о его соответствии занимаемой должности. Пока же, например, губернатор Владимирской области Светлана Орлова остается на своем посту, хотя два её заместителя стали фигурантами уголовных дел в этом году.

Очевидно, что правоохранители раскопали далеко не все коррупционные истории, в которые вовлечены российские вице-губернаторы. По разным причинам некоторые преступные схемы в уголовные дела не попадут никогда. Где-то виной коррупция или некомпетентность правоохранительных органов, где-то — наличие связей на высшем уровне. А в результате десятки чиновников остаются на свободе и продолжают заниматься не вполне законными вещами, становясь богаче день ото дня. Если бы следственные ораны проанализировали заключаемые госконтракты на предмет конфликта интересов, вне всяких сомнений удалось бы обнаружить аффилированные с вице-губернаторами компании, осваивающие бюджетные деньги, тогда уголовных дел стало бы значительно больше.

ГУ МВД России по г. Москве

Ущерб от коррупции в России в 2016 году превысил 78 млрд рублей, и это только официальные данные, подсчитанные на основании известных фактов. А общий ущерб от действий упомянутых вице губернаторов и взяток, которые они могли получить, приближается к сумме в 400 млн рублей. Получается неплохой бизнес для чиновников, и вряд ли приговоры, которые они получают в итоге, послужат в назидание другим. Слишком высок соблазн, для коррупции созданы все условия, а риск сесть за решетку очень призрачен. Если говорить о мерах пресечения для них, тоже не факт, что подозреваемый в коррупции сразу окажется под стражей и не сможет помешать расследованию дела. Возможность повлиять на следствие или суд уже стала нормой российской действительности. Круговая порука чиновников, правоохранителей и судей разных рангов позволяет говорить о коррумпированности системы в целом. Неотвратимость наказания за преступления против общественных интересов в ней давно под большим вопросом.

Самые свежие новости на нашем Яндекс.Дзен канале

Loading...
Loading...