Сообщить
о коррупции
Сообщить
о коррупции
Сообщить
о коррупции

Закон о госзакупках убивает бизнес производителей продуктов питания

Система государственных закупок в муниципальные госучреждения такова, что рядовой бизнесмен — производитель продуктов питания попросту не может через нее пробиться. Корректировка законодательства идет крайне медленно и сложно, а профильный комитет Госдумы нового созыва проблемой не занимается.

По словам председателя межрегионального профсоюза работников коллективного и общественного питания Андрея Плышевского, ежегодный объем внутреннего продовольственного рынка составляет порядка 18 млн. тонн, в деньгах — 1 триллион 300 млрд. руб. Это та сумма, что ежегодно тратится на закупку продовольствия, причем, это не столько государственные деньги — их порядка 500-600 млрд., остальные — из внебюджетных фондов.

Как при помощи полиции отнимают бизнес у московского коммерсанта

Закупки продовольствия в государственные и муниципальные учреждения, будь то детские сады или больницы, проводятся через электронные торги, но дело в том, что схема проведения торгов регламентируется Федеральными законами 44 и 223. Несмотря на то, что по 44 ФЗ должны проводиться конкурсы, проводится аукцион, при котором победителем оказывается поставщик, предложивший наименьшую цену. По нему, впрочем, проводятся и конкурсы с включением дополнительных условий, но почему-то их гораздо меньше. По 223 ФЗ тендер проходит гораздо сложнее и предусматривает учет мнения конечных потребителей.

«В одном из регионов, где мы запустили проект, тендер выиграла компания со стоимость поставки сливочного масла по 96 руб. на четвертую-пятую поставку вместо масла они начали привозить спред (смесь растительных и животных жиров)», — отмечает Андрей Плышевский.

Сырой закон, которым никто не занимается

В юридической компании JPS, занимающийся сопровождением государственных закупок, отмечают, что причины неэффективности законов для продовольственных закупок, скорее всего, в том, что изначально их писали для всех, не учитывая отраслевую специфику. Кроме того, в ряде случаев сами учреждения не имеют достаточно квалифицированных кадров, поэтому часто в заявках на конкурс нет никакого упоминания о качестве.

Доработкой таких сырых законов обычно занимаются профильные комитеты и министерства. Под себя, к примеру, писали закон в Минобороны. Теперь деньги, выделенные на закупки, можно потратить только на цели, которые указаны в законе. Но, в отношении продуктов питания заниматься этим некому, в положении о  Минсельхозе нет упоминания о функциях управления агропродовольственным рынком и ответственности за доведение сельхозпродукции до потребителей через систему внутренней продовольственной помощи. С прошлого года в министерстве появился такой департамент, но он до сих изменений в положение о министерстве не внесено.

В аграрном комитете парламента ответили, что не занимаются этим направлением, а корректировки может внести любой другой комитет Государственной Думы

Решение проблемы: ввести минимальный уровень цен или программу внутренней помощи

Исправить ситуацию пытаются в ассоциации крестьянских (фермерских) хозяйств и сельскохозяйственных кооперативов России (АККОР), для этого они предлагают «определить минимальный гарантированный уровень закупочных цен, обеспечивающих возмещение затрат и получение товаропроизводителем дохода», а в 44 ФЗ внести пункт, по которому при закупках предпочтения в тендерах будут отдаваться сельскохозяйственным потребительским кооперативам. Эти предложения направлены в аграрный комитет Госдумы РФ.

В самом аграрном комитете ответили, что не занимаются этим направлением, а корректировки может внести любой другой комитет Государственной Думы. Это подтверждает и Андрей Плышевский, отмечающий, что теперь кроме Совета Федерации никто этой проблемой не занимается.

По-другому предлагают решить проблему закупок в профсоюзе работников коллективного и общественного питания, для этого они совместно с общественной палатой РФ пытаются на федеральном уровне реализовать программу внутренней продовольственной помощи уже работающую в том или ином виде в 20 регионах страны. Среди них Ульяновск, Санкт-Петербург, Мордовия, Татарстан, часть Удмуртии, Самара, Московская область.

«По сути, внутренняя продовольственная помощь это то, что в советское время называлось закрытой системой социального питания на социальных и специальных объектах, как-то: армия, тюрьмы, Госрезерв, детские сады и т.д. и подразумевает один проверенный вход, откуда через лабораторию продукты и попадают в школу или детский сад. Это во-первых. Во-вторых, — это хорошо прогнозируемый рынок: понятно количество школьников, понятно количество детей в детских садах, солдат, заключенных, больных», — рассказывает Андрей Плышевский.

Производители и поставщики, имея цифры и гарантии потребления, могут планировать свою работу надолго вперед. Кроме того, качество самих продуктов четко регламентируется, что дает возможность одновременно и снизить риски, и выйти на стабильные объемы. Другое дело, что когда система будет запущена на федеральном уровне непонятно. Будучи одним из инициаторов программы, Андрей Плышевский вспоминает, что начинал ее еще в 2004 году. Сколько пройдет времени до ее принятия и начала реализации он не хочет даже предполагать.

Самые свежие новости на нашем Яндекс.Дзен канале

Решила за Лебедева: как Ольга Егорова предсказывает будущее

Глава Мосгорсуда проговорилась председателю ВС о необъективности судей

Loading...
Loading...