12.12.2016 / 14:28

Евгений Ройзман: «Нужно пропагандировать безопасный секс!»

Существует ли эпидемия ВИЧ-инфекции в Екатеринбурге? Действительно ли ситуация так опасна и вышла из-под контроля? Кто ответственен за происходящее? Как бороться с проблемой ВИЧ? На вопросы ПАСМИ ответил мэр Екатеринбурга и основатель фонда «Город без наркотиков» Евгений Ройзман.

ПАСМИ: Евгений Вадимович, можно ли, на Ваш взгляд, возложить ответственность за начало эпидемии (генерализированной стадии распространения ВИЧ) на конкретных лиц?

Заголовок: Пресс-конференция кандидата на пост главы Екатеринбурга Е.Ройзмана Автор: Буценко Антон Описание: Россия. Екатеринбург. 9 сентября. Президент фонда "Город без наркотиков" Евгений Ройзман во время общения с журналистами в своем рабочем кабинете. По предварительным данным, кандидат от "Гражданской платформы" Евгений Ройзман после подсчета 100% бюллетеней лидирует на выборах главы Екатеринбурга с 30,11% голосов. Фото ИТАР-ТАСС/ Антон Буценко Город: Екатеринбург Кредит: ITAR-TASSЕвгений Ройзман: Все, что мы видим и о чем слышим сегодня, есть прямое следствие наркокатастрофы, что случилась в начале 90-х. И я вижу здесь прямую вину правоохранителей, которые не только не остановили тогда преступность в сфере наркотиков, но и сами зачастую участвовали в наркоторговле. Помню, как это происходило у нас в Екатеринбурге, как быстро город погрузился в наркотики и насколько плотно у нас стояли проститутки на улицах. Вот вы словно только проснулись. Мы уже в 2011 году вошли в генерализированную стадию, о чем я всегда говорил. 7800 тысяч парней наркоманов, которые прошли через наш центр, я лично заставил провериться на ВИЧ. Если бы мы тогда этого не сделали, и они бы продолжали заражать других.

ПАСМИ: То есть, основными разносчиками заразы являются наркоманы?

Евгений Ройзман: Вы поймите, одноразовые шприцы у нас уже были в двухтысячных, и хоть зараза уже проникла в наркоманскую среду, все наркоманы кололись обычно своими одноразовыми шприцами. Они уже тогда продавались во всех аптеках — цена на героин была такая, что цена на одноразовые шприцы вообще не влияла на ситуацию. По данным нашего центра «Город без наркотиков» из почти восьми тысяч наркоманов 43 % являются ВИЧ-инфицированными, что же касается наркоманок, то здесь зараженных уже 80% и подавляющее большинство являются проститутками. О том, что у нас эпидемия, я говорил с 2000-х годов. Но наркоманы стали использовать меры предосторожности, и волна пошла на спад, об этом сразу стали меньше говорить. Но затем пришел «крокодил», сырье для которого свободно продавалось в любой аптеке. О том, что именно продают, кому продают и зачем продают, знали все — от министра здравоохранения до последнего аптекаря. «Крокодиловая» наркомания сыграла в новом витке ВИЧ-инфекции очень важную роль. Здесь одноразовые шприцы уже никакой роли не играли, поскольку «крокодил» — наркотик коллективный, и в притонах его набирали хоть и своими одноразовыми шприцами, но из одной плошки. И здесь каждые два часа нужно было догоняться, опять из этой же плошки. Заражаться стали целыми притонами.

ПАСМИ: Вот известный борец с ВИЧ-инфекцией Антон Красовский выступает за заместительную терапию, говорит, что иного пути решить проблему наркомании, а значит и ВИЧ не существует. Но мы знаем, что у вас другое мнение.

Антон Красовский

Антон Красовский

Евгений Ройзман: Послушайте меня! Красовский — теоретик, который лишь соприкасается с маргинальными слоями, а я практик. Вы что думаете, ну, объявили в каком-то из городов заместительную терапию, и кто-то из деревень будет в ней участвовать? Хотя может быть, да, поедут возьмут метадон, а потом продолжат «догоняться» героином. Скажу вам больше — по этому пути уже прошла Украина. Они ввели заместительную метадоновую терапию по западным лекалам. Думали, наверное, что наркоманы будут, как зайчики, ходить в определенное время в пункты выдачи и принимать метадон. Они не учли несколько вещей. Во-первых, да, у них «нарколыги» ходили, принимали метадон, а потом продолжали колоться героином. То есть, у них была армия героиновых наркоманов, а стала еще и в придачу армия наркоманов метадоновых. Мало того, у них только за один год возбудили 280 уголовных дел на врачей, которые стали торговать метадоном. Украинцы не справились с героином, но теперь ещё им в нагрузку и метадон. Причем, метадон как наркотик гораздо тяжелее героина, и «сдернуть» человека с метадона — совсем другая история. Поэтому я вот что вам скажу, как правило, заместительную терапию у нас в стране лоббируют либо круглые идиоты, которые в этом ничего не понимают, либо те люди, которые на этом зарабатывают деньги. Может быть, где-нибудь в Германии и Швейцарии это работает — там народ законопослушный и легче контролировать трафик аптечных средств, но мы, я уверен, получим лишь еще одну волну метадоновых наркоманов. И потом инъекционная наркомания уже давно не в тренде. В последнее время рынок завоевали так называемые соли, которые нюхают или курят.

ПАСМИ: Как же тогда бороться с ВИЧ?

Евгений Ройзман: Нужно пропагандировать безопасный секс и использование презервативов. Здесь есть один важный момент, который Красовский не понимает. В Германии 75% ВИЧ-инфицированных это гомосексуалисты, а у нас гомосексуалисты не являются основными распространителями ВИЧ. Но и наркоманы в России на сегодня не разносят заразу. Они уже с начала двухтысячных знали, что колоться нужно только одноразовыми шприцами. Это все устаревшие данные, что люди заражаются через нестерильные шприцы. В силу небрежности медицины — переливания крови, нестерильного лечения зубов и так далее, появилось определенное количество инфицированных людей, которые вообще ни в чем не виноваты. Есть младенцы, которые инфицировались от своих больных матерей. В стране не хватает мужчин, поэтому женщины выходили замуж за наркоманов, не зная об их положительном статусе.

Сейчас большинство заражений происходит традиционным половым путем! Люди просто не приучены предохраняться. Я вообще не понимаю, кто сегодня заражается внутривенным путем, потому что все сегодня используют одноразовые шприцы, абсолютно все.

ПАСМИ: В России есть несколько компаний, занимающиеся лекарствами для ВИЧ-инфицированных. Выгодно ли этим компаниям увеличение числа ВИЧ-инфицированных?

Евгений Ройзман: Ну, если думать таким образом, то и компаниям, выпускающим туберкулезные лекарства, тоже выгодно увеличение числа больных туберкулезом. Я бы не стал идти по этому пути расследования. Единственное, что я бы проверил, это лоббизм в отношении внедрения заместительной терапии, потому что я вижу откуда ноги растут и кому выгодно приобрести еще один прибыльный рынок сбыта метадона.

ПАСМИ: Как вы думаете, почему Путин никак не обозначил проблему ВИЧ в своем последнем послании Федеральному собранию, несмотря на то, что он выступил 1 декабря – в Международный день борьбы со СПИДом?

Евгений Ройзман: Совершенно точно, что Путину докладывали о настоящих масштабах этой проблемы. И я знаю, что определенные указания начать работу по обеспечению безопасности в отношении ВИЧ-инфекции идет. К примеру, у Роснано есть свои разработки, «противовичёвые». Страна и сама закупает и пытается производить свои препараты. Люди «наверху» к этому относятся серьёзно, я одно могу сказать.

ПАСМИ: Что вы думаете о Государственной стратегии противодействия распространению ВИЧ-инфекции в Российской Федерации на период до 2020 года, которая недавно была принята?

Евгений Ройзман: Она мне совершенно понятна. Я тоже буду в этих рамках работать. Но повторюсь – успех здесь в пропаганде и профилактике, а также следует ввести обязательное тестирование на ВИЧ. Чтобы все больные получали терапию и не представляли опасности для окружающих. Только так можно остановить распространение инфекции.