17.11.2016 / 10:46

О чем говорят офицеры МВД

На прошлой неделе сотрудники МВД РФ, действующие и бывшие, собрались за праздничными столами, отмечая День милиции. Говорили, как всегда, об одном — о службе. Журналисты ПАСМИ «подслушали» самые интересные застольные беседы: о том, как МВД реформировалось и оказалось самым мощным правоохранительным органом, как потеряло свои позиции, о ГУЭБиПК и деле генерала Сугробова, роли ФСБ и ее влиянии на министерство.

Палочная система стала качественной

Реформы ведомства в начале века привели за собой палочную систему, которую поначалу сотрудники приняли очень тяжело. Посудите сами, милиционер много лет работает на своей территории, его задача — не допустить здесь преступлений. Палочная система вводит новые правила — необходимо ежедневно на этой территории раскрыть нужное количество преступлений. Но преступлений попросту нет.

Бомжу бутылку покупаешь, просишь в форточку залезть, дескать, ключи от дома забыл. Он залезает, ты его на входе ловишь — квартирная кража раскрыта, — рассказывает бывший сотрудник

«Вот и приходилось их инициировать, — рассказывает бывший сотрудник, — бомжу бутылку покупаешь, просишь в форточку залезть, дескать, ключи от дома забыл. Он залезает, ты его на входе ловишь — квартирная кража раскрыта. Или задерживаешь парня, а он дерзкий, вот и начинаешь его провоцировать — получатся оказание сопротивления или даже нападение на сотрудника».

Сегодня палочная система никуда не делась. К ней прибавилось указание брать не количеством, а качеством. Вот и появляются крупные дела о мошенничестве с миллионным ущербом, без доказательств попадающие в суд.

Штат органов при этом постоянно сокращается, а план нет. К октябрю 2013-го штат полиции был сокращен на 20%. В 2016 году штат значительно увеличился за счет присоединения УФМС и ФСКН, но центральный аппарат решено сократить на 700 человек.

Сотрудники на местах боятся ротации, новые руководители приводят новую команду, мест для всех не хватает.

В России ликвидируют палочную систему?

Беспредела нет, своих тоже

Те, кто стал жертвой беспредела со стороны полицейских, с этим тезисом, конечно, не согласятся. Но глобально примеров неуставного поведения сотрудников стало меньше. Сегодня редко встретишь пьяных полицейских, особенно за рулем. В 2014 году в Москве был замечен резкий рост правонарушений на дороге, совершенных нетрезвыми стражами порядка.

С начала 2014 года зафиксировано 21 ДТП, совершенное сотрудниками в состоянии алкогольного опьянения. Это на 40% больше, чем в прошлом году. — завили тогда в ведомстве.

«Количество ДТП с участием сотрудников выросло на 6% по сравнению с прошлым годом и составило 373. С начала 2014 года зафиксировано 21 ДТП, совершенное сотрудниками в состоянии алкогольного опьянения. Это на 40% больше, чем в прошлом году. В последнее время участились случаи выявления сотрудников, управляющих транспортными средствами в состоянии алкогольного опьянения либо уклоняющихся от медицинского обследования», — завили тогда в ведомстве.

Руководство немедленно приняло решение ужесточить карательные меры для попавшихся сотрудников.
Преступления, которые в 2000- е сотрясали всю страну — избиения, задержания «ни за что», провокация задержанных — постепенно начали сходить на нет.

В полиции говорят, что нужно отдать должное министру МВД Владимиру Колокольцеву — с его приходом «понтов» в системе стало меньше. Колокольцев даже запретил перекрывать улицы для кортежей руководства МВД. Говоря про минусы министра, полицейские сходятся во мнении — за своих, если что, не постоит. Этот тезис ярко подтвердила ситуация с экс-начальником ГУЭБиПК генералом Денисом Суробовым.

Интересная собственная статистика

Согласно опросам ВЦИОМ, уровень доверия к органам внутренних дел в вопросах обеспечения личной и имущественной безопасности повысился с 33 % в 2009 году до 52 % в 2011 году.

«В этом опросе есть интересная деталь, — говорит наш собеседник. — Он проводился только в крупных городах. За год респонденты бывали только в 1-3 районах региона. Поэтому он не отражает позиции тех граждан, к кому полиция вынуждена ехать часами. Во многих регионах не хватает оснащения, сотрудников. Высокие показатели только у Москвы, регионам ее не догнать».

Все внутренние показатели, что считается качественным делом, принципы палочной системы — эти цифры только в ведении штаба МВД, который решает, как оценить сотрудников и какие данные выдать публично.

«МВД оценивает само себя, это правда, — признается собеседник. — Генпрокуратура хотела забрать функции по исследованию общественного мнения и определить степень доверия граждан ко всем правоохранительным структурам, но МВД вцепилось зубами».

Кроме того, на исследование позиции граждан выделялось порядка 70 млн рублей.

Коррупция в рядах и влияние

Беспредел и «крышевание» операми притонов и казино канули в прошлое. Им на смену пришла коррупция. Ветераны службы признаются, что самый большой провал реформы в том, что работу участковых не удалось выстроить совсем. На местах они продолжают брать деньги с наркоманов, проституток и держателей игровых автоматов.

«Раньше крыша защищала от бандитов, сейчас от ментов», — шутят полицейские.

Что касается заказных дел, то сотрудники, к сожалению, подтверждают их существование. Говорят, что с введением закона об усилении ответственности за незаконное уголовное преследование, ситуация изменится.

«А прокуратура может пролоббировать возбуждение уголовного дела?» — «Конечно, никто не будет ссориться с прокуратурой».

«А ФСБ?» — «Им еще проще, у них же компромат практически на всех, управление „М“, УСБ о чем-либо „просят“, и отказать им практически не возможно».

После превращения в полицию МВД на какой-то период стало сильнейшим правоохранительным органом. Но череда скандалов с ГУЭБиПК, продолжающаяся по сей день, подорвала репутацию ведомства. Всесильными сейчас называют фсбшников, в давней клановой борьбе, похоже, прослеживается победитель.

«Они не смогут забрать экономику, — говорит сотрудник, — у них нет людей на это, они вряд ли когда то станут министерством — помните, шли разговоры про МГБ. Нет, окончательно они никогда не победят».

Борьба с коррупцией. ФСБ остановит тех, кто слишком далеко заходит

Создание нового управления — экономической безопасности и противодействия коррупции — стало для МВД судьбоносным. Президент России дал полицейским карт-бланш на проведение разработок высокопоставленных лиц, хотя десятилетиями безопасность и коррупция были вотчиной ФСБ. Именно ФСБ всегда курировала банковскую сферу и чиновничий аппарат. Борьба с коррупцией велась закостенело, решались только неясные государственные задачи, а высокопоставленные фигуры обладали иммунитетом.

Все изменилось с приходом генерала Дениса Сугробова, его зама Бориса Колесникова и команды молодых офицеров.

Начались процессы, которые в том числе и способствовали укреплению доверия граждан к полиции. То и дело в прессе появлялась информация о задержании высокопоставленных чиновников. Как они брали взятки, люди своими глазами видели на экранах.

Видеозаписи ясно показывают, как проходили «провокации». Как «жертвы» просили «побольше таких тем» и настаивали, чтобы посредники считали деньги, не торопясь.

В 2012-13 гг. сотрудники ГУЭБа задерживали высокопоставленных чиновников с поличным, имея куда больше доказательств, чем следы спецсостава с ручки кейса. Именно тогда в России поняли, что неприкасаемых нет. Обо всех разработках высоких чиновников докладывали лично президенту. На совещания к Колокольцеву Сугробов ездил почти каждый день.

Разумеется, многим такие изменения в системе не понравились. Полицейские рассказывают, что поначалу ходили слухи о том, что все чиновники попросту скинулись на преследование генерала Сугробова.

«Эта версия не лишена правды, — продолжает бывший сотрудник, — конечно, в этом деле ФСБ — королева бала, но и королеве нужны деньги. Сугробовцы взялись за банковскую сферу, там до них были сформированы устойчивые коррупционные отношения, алгоритм был закреплен и отработан. А там крутятся очень большие деньги. Ну, вы видели миллиарды Захарченко по телевизору, примерно также это работало до Сугробова, к этому пришли и после него».

«Сугробовское ГУЭБиПК слишком далеко зашло в борьбе с коррупцией, — продолжает его коллега. — Полицейские стали опережать ФСБ по ключевым направлениям борьбы с преступностью и поставили под угрозу давно сложившуюся на высшем уровне правоохранителей коррупционную машину, которую курируют некоторые влиятельные лица из ФСБ. Плохо одно, как подставили полицейских, какими способами убрали с арены, очернили перед всей страной, сколько людей пострадало, это же настоящий беспредел».

«Почему убрали Сугробова, понятно. Но почему „слили“ Захарченко?» — спрашиваю у собеседника.

«В ФСБ России сейчас раздрай, все разделилось на два фланга. Очевидно, противоборствующая сторона нашла слабое звено оппонентов. Захарченко несколько раз чуть не попался, и это „чуть“ всегда обеспечивали определенные люди ФСБ. Новые кадровые перестановки сейчас все же дают о себе знать».

«Сейчас мы видим, как ФСБ замкнула на себе борьбу с коррупцией, наконец-то, после двухлетней паузы фсбшники начали повторять задержания высокопоставленных чиновников, — подхватывают сослуживцы. — Федеральной службе безопасности осталось забрать общеуголовные составы МВД и захлебнуться. Грустно, что все сосредотачивается в одних руках, где одна рука явно нездоровая. Грустно, что из-за личных, в том числе и корыстных, целей некоторых влиятельных лиц было сломлено МВД. Провал вместо усиления роли министерства и продолжения работы по оздоровлению всей правоохранительной системы и спецслужб».

Необходимо ли передать полномочия по борьбе с коррупцией и экономическими преступлениями из МВД в ФСБ?

Сообщить о коррупции — мы опубликуем ваши материалы