Верховный суд разделил откаты на взятки и растраты
Верховный суд (ВС) предлагает новую трактовку откатов, то есть разделить понятие на «взятку» и «растрату». К какой статье относится преступление, будет зависеть от того, была ли завышена цена сделки. Такие рекомендации были озвучены на научно-практической конференции, где главным образом обсуждался проект постановления пленума ВС по коррупционным преступлениям.
К взятке (статья 290 Уголовного кодекса) предлагается причислять два вида откатов. В первом случае если в обмен на вознаграждение чиновник заключает договор на поставку товара. Во втором случае взяткой может считаться, если товары по госзаказу приобретаются по рыночной цене. Статья 290 грозит лишением свободы на срок от 3 до 15 лет.
Но при условии, если цена выше даже рыночной стоимости, преступление предлагается квалифицировать, как растрату вверенных средств. Это статья 160 Уголовного кодекса, и она предусматривает наказание от 2 до 10 лет лишения свободы. Именно переквалификация дел по откатам в статью «растрата» стала камнем преткновения между экспертами. К примеру, существует мнение, что такая перестановка может привести к тому, что коррупционеры будут намеренно завышать цены для того, чтобы потенциальное наказание было ниже. Другого мнения придерживается известный правозащитник Юрий Падалко. По его словам, этот прогноз не из сферы практики, так как многое зависит от сумм. «С законодательной точки зрения здесь даются правильные разграничения», — говорит эксперт, «но все упирается в систему и в применение этого на практике. В законе все правильно и подробно расписано, но, как правило, в реальности все происходит по-другому».
Юрий Падалко: «К примеру судебный процесс, в котором рассматривалось дело Владимира Квачкова (13 лет колонии строго режима по обвинению в подготовке вооруженного мятежа в России и терроризме). Мгновенно, после оглашения приговора, судья получает повышение до Верховного Суда. Сейчас адвокаты подали апелляционную жалобу, но ее невозможно подать без подписания протокола, а его подписывает судья, вынесший вердикт. Очевидно заказное дело: было дано обещание судье в виде повышения по службе за нужный приговор. И это недоказуемо в рамках Следственного комитета».
Тем временем, Анатолий Голубев, председатель правления Комитета по борьбе с коррупцией, считает, что подобные законодательные усложнения только увеличивают коррупцию. По словам Голубева, это тенденция последних лет, когда под страхом угрозы разоблачения чиновник обрастает посредниками. Сумма взяток и откатов увеличивается, и каждый день в этот процесс втягивается все больше количество людей.
Анатолий Голубев: «Нормальные люди, когда в доме заводятся мыши, они заводят котов, когда заводятся крысы — ставят крысоловки. А у нас делают законы. То есть, мы пишем на двери объявление: «Мышам вход строго запрещен». Власть пытается сделать то, что она должна. Но, простите, есть ведь и люди, которые эти законы должны исполнять».
По словам Анатолия Голубева, когда коррупционная сделка свершилась, о ней уже поздно говорить, в этом случае законы должны быть лишь дополнительной мерой. Однако при условии, что эти рекомендации станут уже частью Уголовного кодекса, в этом случае, это станет плодородной почвой для коррупции. Одно и то же действие будет рассматриваться по разным статьям. Преступление либо против имущества, либо против государственной власти. Будет ли следствие искать эти трудно находимые детали или пойдет по пути наименьшего сопротивления. Верховный суд планирует утвердить окончательную версию постановления в мае, а пока обсуждение данного документа продолжается.
Аида Дисинбаева
Сообщить о коррупции — мы опубликуем ваши материалы