Принятие резонансного законопроекта Минэкономразвития о Федеральной контрактной системе, с ног на голову меняющее действующую систему госзакупок, откладывается до 2013 года из-за недоработок. «Презумпция добросовестности» госзаказчика, заложенная в проект, не устраивает оппонентов МЭР. Критики считают, что такое ослабление режима госзакупок не столько повысит эффективность размещения госзаказа, сколько поддержит коррупцию рублем.
Противостояния Федеральной антимонопольной службы и МЭР, предлагающих свои варианты изменений в действующее законодательство, — это спор о том, считать ли государственных заказчиков априори преступниками и казнокрадами или отдать им на откуп презумпцию невиновности. В своем проекте закона Минэкономразвития исходило из полного доверия к госслужащим, позволив им самостоятельно выбирать вариант размещения заказов. В ФАС же уверены, что доверять такую важную миссию заинтересованным лицам не стоит — это лишь узаконит коррупцию. В своем варианте правок 94-ФЗ антимонопольный орган настаивает на исключении возможности выбора для госзакупок.
Помимо прочего, в ФАС настаивают на том, что приоритетным способом должен остаться электронный аукцион, а конкурсы, запросы котировок и закупка у единственного подрядчика должны использоваться в исключительных случаях. Авторы ФКС считают такие инструменты работы слишком грубыми и планируют дополнить уже существующий список конкурсом с ограниченным участием, двухэтапным конкурсом и запросом предложений. Причем какой именно из способов размещения госзаказа выбрать — решает сам заказчик исходя из сложности работ, цены вопроса и конкурентной среды. При субъективном избрании средства работы заказчик должен обязательно обосновать свой выбор и нести за него персональную ответственность.
Эти три новых способа размещения заказа, взятых из европейского опыта, больше всего вызывают критику оппонентов. Конкурс с ограниченным числом участников будет проводиться в том случае, если услуга носит специализированный характер. В непредвзятости заказчиков сомневаются и при проведении двухэтапного конкурса, который собираются использовать, когда нужны дополнительные обсуждения условий с исполнителями. Не верят оппоненты МЭР и в чистоту экспресс-закупок, которые будут проводиться, если товар или услуга понадобилась государственному служащему срочно.
«Мы предлагаем заказчикам новые инструменты работы и абсолютно новое отношение к ним самим, — считает директор Департамента развития ФКС МЭР Ольга Анчишкина. — Принятие ФКС не будет способствовать развитию коррупции, как говорят наши оппоненты, а выведет сферу госзакупок на новый профессиональный уровень, где коррупции просто не будет место». По ее словам, 94-ФЗ привести в порядок не удастся никогда. «Мы взрываем его изнутри, когда вносим предложения, подобные тем, которые прописали в ФКС. Наши инициативы начинают противоречить закоренелой системе этого закона, а он не терпит изменений», — добавляет она.
Проректор ВШЭ Александр Шамрин также защищает принципы ФКС от нападения критиков: «При написании концепции мы исходили из презумпции добросовестности заказчика, потому что уверены, что такой подход обяжет их работать добросовестно и качественно». Г-н Шамрин считает, что 94-ФЗ ограничивает возможности для злоупотреблений, но создает проблемы для добросовестного заказчика. «Мы считаем своим долгом сбалансировать снижение коррупции, повышение качества и экономию бюджетных средств»,— заявил он.
Такой оптимизм разделяют далеко не все коллеги по цеху, среди которых и Ольга Белокрылова. «Государство потратило огромные деньги на совершенствование 94-ФЗ, на создание сайта, а теперь потратит еще миллионы на внедрение новой системы. Еще я не понимаю, как можно писать закон исходя из презумпции невиновности в стране, где каждый заказчик норовит нажиться на государственных закупках», — считает она.