Сообщить о коррупции Рубрики
Подписывайтесь на наш Telegram

ТОП 5

ФСБ считает губернатора Воробьева опаснее бандитов 280127 Путин простил Золотова, но приставит к нему контролера 157361 Гражданин Украины обналичивал военный бюджет под прикрытием заместителя Шойгу 121688 Поборник пенсионной реформы депутат Боярский не платит налоги и взносы в ПФР 112983 Откровения генерала ФСБ, дворцы путинских телохранителей и прижимистый депутат 106092

Снова в «Лефортово»: ФСБ мстит Шестуну?

Экс-глава Серпуховского района — о причинах своего перевода из «Матросской Тишины»

Фото: Сергей Гунеев / РИА Новости

После 40 дней в тюремной больнице СИЗО-1 врачи заявили о чудесном исцелении экс-главы Серпуховского района Александра Шестуна, и его снова вернули в «Лефортово». Сам экс-чиновник связывает это со своей жалобой на вымогательство со стороны сотрудников ФСБ, направленной главе ведомства Александру Бортникову. Подробности — в письме Александра Шестуна.

«5 октября 2018. Сегодня меня из больницы насильно вывозят в Мосгорсуд, причём делают это очевидно по ошибке, потому что сегодня у меня рассматривается восемь жалоб в Басманном суде на бездействие следователя, где я имею право присутствовать, но никак не обязан. Получится, что сегодня с утра до ночи буду находиться в прокуренном автозаке без воды, еды и таблеток, без очков, в спортивном костюме, ведь меня забрали с прогулки. Вот что значит тюрьма, даже в больнице, где врач с лёгким сердцем написала, что я могу участвовать в судебном заседании, зная при этом, что даже здоровые люди не могут выдержать эти бесчеловечные условия доставки в суд.

Сколько уже написано об этом, сколько решений ЕСПЧ, приравнивающих к пыткам доставку обвиняемого в суд. Врачи из тюремной больницы должны поменять свои белые халаты на камуфляж ФСИН, тогда их внешнее содержание будет соответствовать внутреннему, особенно это подходит заведующей терапевтическим отделением с говорящей фамилией Коновалова — именно она предоставила справку, что я абсолютно здоров и могу принимать участие в судебном заседании.

Самое страшное в тюрьме — это твоё полное бесправие, каждый может пнуть тебя, сделать с тобой всё, что угодно, ты — никто, хотя нет приговора суда, и ты ещё пока невиновен и не осуждён.

Если из «Лефортово» на суды я выезжал с удовольствием, ведь там дефицит общения с сидельцами, с адвокатами, и каждый выезд — приключение, однако сколько я ни писал просьб в суды о моём личном участии, мне предлагали только видеоконференцсвязь, сегодня же ровно всё наоборот. Согласно моей жалобе на действия следователя в порядке ст.125 УПК РФ, я имею право на личное участие по видеоконференцсвязи. Обязан я присутствовать на заседаниях по продлению ареста.

Почему-то вместо Басманного суда меня привезли в Мосгорсуд, посадили в стакан (камера площадью два квадратных метра) и я даже не знаю, во сколько суд, по какому случаю, и никто не может сказать этого. Можно проторчать в этой будке пять-шесть часов. Сижу уже два часа примерно, прошу кипяток, положенный мне, ведь в сухпайке есть стакан и пакетик с чаем. После десятой просьбы приносят чайник, наливают воды в стакан, но он оказывается дырявым, с браком. Прошу дать другой, но надзиратель-полицейский из Мосгорсуда смотрит на меня, как на дурака: где ж я вам возьму?

Полное бессилие перед государственной машиной сломает любого человека, превратит во врага. Полицейские, обсуждая мой дырявый стакан, громко смеются, делают «остроумные» замечания.

Как и следовало ожидать, моё судебное заседание перенесли из-за того, что я не оповещён, мои защитники также не имели информации о сегодняшнем процессе. Для чего надо было тратить столько денег при том, что было очевидно, что судебное заседание было организовано с грубейшими нарушениями закона? Вот она Россия во всей красе!

По моим подсчетам более тридцати сотрудников организовывали мою доставку, судебный процесс, я уже не считаю того, что пропустил сегодня слушание в Басманном суде, где меня ожидали родственники, адвокаты, прокуроры, следователи, судьи и т.д. Государство нанесло урон моему здоровью, моим правам, потратило огромные деньги на срыв двух процессов. Кто ответит за это?

Когда мы вернулись на автозаке в «Матросскую тишину», то нас долго не выпускали из машины, шёл разговор среди надзирателей, что в СИЗО находится генерал-майор Мороз, начальник УФСИН по Москве. Мы долго стучали по стенам, и ребята даже раскачивали машину с целью привлечь внимание. Сидеть в автозаке очень неудобно, тем более что многие давно хотели покурить на свежем воздухе. Меня от греха подальше высадили не вместе со всеми, как обычно, а отвезли прямо до входа в больницу, хотя там пройти примерно сто метров.

Вошёл я в свою камеру примерно в 17:00 и сразу стал требовать начальство для того, чтобы мне объяснили, на каком основании меня отвезли в Мосгорсуд вместо Басманного, ведь я всё равно не был извещён, как и мои адвокаты, и даже не знал темы заседания. Пришёл неизвестный майор и сказал: «Не кричите! Сейчас руководству будет доложено». Хотя было уже 18:00, пятница, обычно руководства в такое время уже не было.

Через час пришёл конвойный и сказал: «Шестун, с вещами на выход в течение двадцати минут».

Я быстро прокрутил «киноплёнку» последних дней в голове, и у меня вся картина встала на место. Последние три дня главврач Динар Гайсин перестал ходить к нам на утреннюю проверку. До этого во вторник мой лечащий врач Раиса Алексеевна потребовала провести фиброгастроскопию (на язву желудка), хотя мы договорились с ней на следующей неделе. Гайсин, говорящий ранее, что если подтвердится стеноз сосудов в сонной артерии у меня, то отправит легко на медосвидетельствование в центр имени Бакулева. УЗИ подтвердило 64% стеноза, но вдруг резко Динар Тагирович поменял риторику, заявив: «Вы же понимаете, что с вами не всё так просто?»

Пришла Анна Каретникова, и я рассказал о резкой смене настроений. Она сразу поняла, что он получил команду и пошла требовать от него быть в первую очередь врачом, а потом уже тюремщиком. Через пять минут прибежал Динар Тагирович и попросил написать новое заявление об исследовании в центре им.Бакулева. Я успокоился и посчитал, что так и будет, помня его громкие заявления о том, что он не поддаётся давлению. В этот же день меня осмотрели уже три врача — кардиолог, невролог и гастроэнтеролог — и сделали удивительно одинаковые заключения о моём чудесном выздоровлении. Проделав в срочном порядке ФГС, врач радостно отрапортовал мне, что всё замечательно, а от язв желудка, что в нескольких местах кровоточили несколько дней назад, не осталось и следа.

Вот я думаю: у кого из нас более мерзкая жизнь? У меня, сидящего в тюрьме, или у них, делающих одинаковые заключения о замечательном здоровье заключённых, даже когда они одной ногой в могиле? Окончательно я убедился, что мой возврат в «Лефортово» спланирован за несколько дней, несмотря на то, что я не долечился, проанализировав весь алгоритм и сопоставив факты. Конвойные сообщили, что получили команду забрать меня в обед, то есть это не мои разборки с «Матросской тишиной» и ругань с майором в 18:00 по поводу моей незаконной отправки в суд в пятницу, 5 октября 2018.

Открутив назад события, я припомнил, что во вторник давал показания следователю Писареву по поводу вымогательства у меня денег в особо крупном размере высокопоставленными сотрудниками ФСБ. Я сделал подобное заявление на имя директора Александра Бортникова и в управление «М» ФСБ РФ примерно месяц назад и его расписали следователям, которые ведут мое уголовное дело.

На допросе я письменно заявил, что эти данные я готов предоставить только сотрудникам ФСБ или военному следственному управлению, имеющим данные полномочия. Плюс эти данные являются гостайной, и я давал расписку о неразглашении, подтвердив, что вымогательство готов подтвердить фактами под присягой.

Именно со следующего дня коренным образом изменилось поведение врачей, как по взмаху волшебной палочки. Я же из «Лефортово», где сидит первый замдиректора ФСИН Олег  Коршунов и только уехал в колонию сам руководитель ФСИН Александр Реймер, знаю, как они боятся ФСБ.

Несмотря на такой печальный финал моего пребывания в тюремной больнице, я очень доволен 40 днями в «Матросской тишине». Это можно назвать отпуском из «Лефортово», экскурсионкой, квестом, обучающим или экстремальным туром. Все эти названия годятся для того, чтобы описать послевкусие, которое, пожалуй, может сравниться по яркости с жизнью в СИЗО-5 «Водник». Разница только в том, что в начале моего заключения у меня было гораздо больше надежд на счастливый исход моего дела, а сейчас их практически не осталось.

«Каток», который по мне едет, настолько силен, что даже Элла Памфилова не в силах изменить что-то со своей поддержкой, я уже не говорю о сотрудниках администрации района, которых продолжают сажать и «просить» у них там показания на Шестуна, а что им остается делать…

Ни председатель СПЧ Михаил Федотов, ни уполномоченный по правам человека Татьяна Москалькова, ни Анна Каретникова, ни члены ОНК не в состоянии мне помочь, хотя я, конечно, очень признателен им за поддержку и буду помнить всю свою жизнь, хоть и короткую.

За эти 40 дней в «Матросской тишине» я увидел столько трагедий, столько изломанных судеб, по сравнению с моей сломанной жизнью, еще более ужасных и несправедливых. Мало того, у меня было время и возможность написать об этом, что сейчас является главным увлечением.

Конечно, после этого у меня будут большие неприятности, мне уже много раз угрожали по поводу моих публикаций, обещают 15 лет лишения свободы, если я не прекращу, и я им верю, они сейчас в тренде, хозяева жизни.

Я, конечно, помню, как хозяева жизни менялись со временем. Я был членом КПСС и помню секретарей горкомов и обкомов, которые вызывали на «ковер» прокуроров, судей и милицию. В 90-е своими глазами видел мощь и влияние бандитских группировок, «решавших» тогда все вопросы, помню, как Ваня Назаров и Олег Базылян говорили мне, что сейчас прокуроры — хозяева жизни. Каждый раз я говорил горкомовцам, бандитам, прокурорам: «Так будет не всегда!»

Если отмотать на 20 лет назад, то мы даже и близко не наблюдали того могущества, которое сейчас у некоторых служб ФСБ, всё под ними. Именно они решают, кто миллиардер, кто генерал, а кто «преступник», а население вроде бы и не против. Жителей уже давно не удивляет, что некоторые генералы ФСБ живут в домах стоимостью десятки миллионы долларов, что ими контролируется всё бизнес-сообщество. Аскетизм нынче не в чести у конторских, хотя надо отдать должное: есть среди них и порядочные офицеры.

За все надо платить. 40 дней в больнице, в хороших условиях, и восстановление здоровья я потерял за один день 5 октября 2018 года. Мало того, что меня пытали с утра с этапированием до Мосгорсуда, так еще и как вернулся, то сразу услышал расхожую фразу в тюрьме — «С вещами на выход».

В 18.00 я начал собираться и проходить все процедуры обысков, снятие отпечатков пальцев, личный досмотр. Один из конвойных, очевидно, из Подмосковья, спросил меня: «За снежки сидите?» (Имея в виду народные волнения в Волоколамске после выброса газа на полигоне Ядрово). Более точной формулировки сложно себе придумать.

Потом те же процедуры провели со мной уже в «Лефортово». В одиночную камеру я зашел только в шесть утра. Кто может себе такое представить? Чтобы тебя целые сутки подвергали пыткам, а именно так оценивает Европейский суд условия этапирования в российских тюрьмах. Сколько сил и здоровья потеряно за эти сутки? Какую страшную цену плачу я за свою принципиальность и упёртость (кому как нравится). В «Лефортово» отбирают все вещи на карантине, сажают в одиночную камеру без всего. Ни книг, ни телевизора, ни газет, ни посуды, ни моющих средств, ни электроприборов — только через несколько дней со склада будут выдавать по чуть-чуть. Хорошо, что отец мой не дожил до этого ужаса, зная его чувствительность к такой несправедливости, даже сложно себе представить, что бы он сейчас делал и как бы у него разрывалось сердце.

7 октября 2018. Вчера, прибыв в этот страшный замок Иф, в это чистилище, где ломают человеческое достоинство, подавляют волю, в полную «заморозку», я был в полном ауте, тем более меня разместили в камере на четвёртом этаже в самом углу без соседей.

Я был не готов морально и организационно к переезду, а это очень длительная и трудозатратная процедура. Я верил главврачу Гайсину, что, как мы и договаривались, меня предупредят хотя бы за день, а не за двадцать минут. Все вещи у меня забрали, оставив самый минимум. Я остался без книг, газет, посуды, одежды, приборов, канцелярки, туалетных принадлежностей, вешалок, таблеток и находился в физически и духовно разбитом состоянии. Уже через две неделе мне 54 года, а я все, как маленький, верю людям, никак не привыкну к реалиям.

Здесь, как в могиле, нет привычных перекрикиваний, как в «Матросской тишине», нет адвокатов (из-за искусственной очереди), нет кафе, переписки, душа, тёплой воды и другого, что отвлекает тебя от мрачный мыслей и занимает твоё время.

К вечеру я помылся, разобрал ту небольшую часть своих вещей, настроил себя на предстоящие трудности и заставил себя лечь пораньше, в семь часов. Надзиратель разбудил меня, крикнув мне в кормовое окно: «Почему вы легли под одеяло? Еще отбоя не было!» «Так меня всю ночь обыскивали и оформляли до шести утра, я даже часа не спал», — ответил я ему. «Кого это волнует? Это не по распорядку, укройтесь курткой», — настаивал продольный.

Поняв, что доказывать этому «блюстителю» закона все равно что биться головой о стену, плюнул и оделся в куртку-пуховик, проспав до шести утра воскресенья. Засыпая, я вспомнил, как сотрудник СИЗО Саша, описывая мои вещи, крайне возмущался моими сожалениями о 12-летнем сроке бизнесмену Геннадию Манаширову, моему бывшему соседу в «Лефортово».

«Да этот Гена Манаширов — мразь, уж я-то хорошо его знаю за три года. Я бы вообще ему пожизненное дал!» — вещал фсиновец. «Так убийцам столько не дают», — возражал я. «Бежал бы в свой Израиль, как его брат. Еврейская рожа, всех бы их „к стенке“». «Знаешь, я тоже не идеализирую его, но как быть с его пятью детьми? Как быть с его престарелой мамой? Они чем виноваты?» — пытался я пробудить хоть что-то человеческое в нём. «Да все они мрази! Я бы всех, у кого больше миллиона, расстреливал!» — завершил опер.

Я понял, что комментировать дальше нет смысла. Наша Россия ещё долго будет переживать отсутствие терпимости и человеколюбия в обществе. Страна тюрем, зон, блатных и надзирателей. Кто мешает этому Саше строить торговые центры, как Манаширов? Зарабатывать и стать богатым?! Легче злорадствовать над чужим горем, не напрягая свой мозг и мышцы. Мало того, можно ещё и покомандовать, потешить своё самолюбие. Я понимаю, если бы тюремщик осуждал грабителя, наркодельца, чиновника или генерала, который сажая других зарабатывает на этом, или хотя бы бизнесмена, сделавшего свой капитал на мусорных свалках.

С семи вечера я проспал в куртке и штанах до шести утра, когда продольный объявил подъём, настолько я был изнеможен суточным марафоном этапирования.

Встал я очень бодрый, умылся, побрился, убрался в комнате, зашил дырки в сумке, почистил одежду, написал с ходу более десяти жалоб, несколько писем. Всё это время шёл бой между Хабибом Нурмагомедовым и Конором Макгрегором, и весь централ ходил ходуном, во всяком случае мои соседи так кричали и улюлюкали, что прибежала надзирательница и стала их стыдить: «Вы что тут, в санатории что ли?»

Возможно, это болели братья Магомедовы, спонсоры Хабиба, или правительство Дагестана, почти в полном составе сидящее здесь.

В моей камере нет телевизора, а я давно ждал этот бой, причём абсолютно верил в победу Хабиба, нашего героя-бойца! По крикам было понятно, что победил Нурмагомедов, и это ещё больше подняло мне настроение.

«А что, „Лефортово“, может быть, не так и плохо?» — подумал я. Во всяком случае, отсутствие адвокатов, электронной переписки, телевизора, книг, общения с другими арестантами, которое отнимает время от борьбы, в каком-то смысле пойдёт на пользу.

В больнице я не написал ни одной жалобы почти, а в «Лефортово» ранее я менее десяти штук в день не отправлял. Буду проситься ездить на все суды, чтобы клеймить позором оборотней в погонах, буду писать ходатайства, жалобы, своё жизнеописание. На войне как на войне! К чёрту эти удобства и нормальную пищу, сытая жизнь не располагает к борьбе, а у меня врагов, как пшеницы в мешке.

Узнал, что Пономарёва перевели в Серпуховскую тюрьму, и там большой переполох. Никогда ещё миллиардеры не сидели в нашем городе. Жаль, а я, помнится, мечтал, чтобы меня поместили в одну камеру с ним, у него есть чему поучиться.

Сегодня, в воскресенье, я прогулялся во дворике на крыше тюрьмы и получил хороший заряд бодрости, хотя он и намного меньше, чем в «Матросской тишине», и солнце не доходит даже до лица. Иногда можно встать на лавку, подставить лицо под лучи для загара. Всё зависит от времени прогулки и расположения лавки.

Пришёл в камеру, нагрел кипятильником воду и помылся в тазике, поливая себя сам сверху ковшиком. Потом собрал с пола воду, которая только наполовину попала в тазик, я же один в камере. То, что женщины-надзирательницы через каждые пять минут заглядывают, меня нисколько не смущает. Если я даже в туалет хожу у них на виду, напомню, что железное конусное очко стоит под камерой и глазком, ничем не отгороженное. Они смотрят на меня, как через стекло, и я также. Как ни странно, но женщины ведут себя более жёстко, чем мужчины-надзиратели. В выходные они все вместе собираются на «ресепшн» в центре СИЗО и громко ржут, видимо, рассказывая анекдоты или ещё что-нибудь смешное. В будни такого не услышишь, потому что есть начальство на работе.

Читать мне нечего, поэтому пишу новеллы перед сном. Очень жду, когда меня навестят члены ОНК, чтобы увидеться, пообщаться, разместить информацию в прессе. Сейчас я не такой страшный, как во время голодовки, есть что показать девушкам — форму я набрал приличную, а уж рассказать сколько могу, что и дня не хватит.

8 октября 2018. Проснулся даже раньше подъёма, сказалось, что вчера проспал одиннадцать часов как убитый, — без снов, как в яму провалился. Эту же ночь много вставал, свет мешал спать, хотя я уже давно не одеваю наглазник, привык. В тюрьме свет ночью не выключают, чтобы было видно в камеру видеонаблюдения все передвижения арестантов.

Мне снились сегодня удивительно яркие сны, цветные, реальные настолько, что я абсолютно верил в происходящее. Сначала был сон, как я играю с Николаем Патрушевым в пляжный волейбол на песке, а потом зимний праздник в Липицах, который они придумали сами, вроде как. Женщины были в ярких платках, беспрерывно целовали меня в щёки, конкретные личности в основном из управления по спорту и культуры. Они закопали меня в сугроб, и я там заснул… Затем через некоторое время откопали, и мы все пошли в Дом культуры на концерт «Подсолнушек» и других коллективов. За всю жизнь не помню таких ослепительных снов, прямо как в 3D.

Как оказалось, Юрий Корный, с которым мы голодали одновременно в «Лефортово», а потом сидели в соседних камерах в больнице, сейчас опять сидит рядом со мной на четвёртом этаже. Правда, он там с соседом, а я один. Рядом с нами — губернатор Коми Вячеслав Гайзер.

В больнице мы проговаривали с Юрой Корным возможность объявления новой голодовки, если нас вернут в «Лефортово». К сожалению, методов борьбы с нынешним беспределом правоохранительных органов не много. На жалобы сейчас не реагируют совсем… Конечно, вторая голодовка нанесёт гораздо больший вред для организма, но, возможно, это лучше, чем смерть в неволе.

Самые свежие новости на нашем Яндекс.Дзен канале

ТОП 5

ФСБ считает губернатора Воробьева опаснее бандитов 280127 Путин простил Золотова, но приставит к нему контролера 157361 Гражданин Украины обналичивал военный бюджет под прикрытием заместителя Шойгу 121688 Поборник пенсионной реформы депутат Боярский не платит налоги и взносы в ПФР 112983 Откровения генерала ФСБ, дворцы путинских телохранителей и прижимистый депутат 106092

Чиновники и прокуроры в упор не видят потопа

Дольщики не могут добиться признания аварийными пострадавших от паводка домов

Депутат-патриот с рестораном в Лондоне и квартирой в Майами

У критикующего Запад политика нашли зарубежные интересы

Глава Росалкоголя - преступление без наказания

Когда глава Росалкоголя пресечет нелегальные доходы Чуяна, разыскиваемого СКР

Рынок паленого алкоголя остается под контролем обвиняемого в коррупции экс-главы РАР

Депутат Бифов хочет вернуть себе титул «водочного короля»

Парламентарий пытается лоббировать назначение «нужных» людей на ключевые должности алкогольной сферы

Будущего зампреда Верховного суда обвиняют во взятке в 7 млн долларов

Бизнесмен требует проверки на полиграфе кандидата в заместители Вячеслава Лебедева

Международный розыск — за что Путин ищет экс-главу Росалкоголя

Миллиардные схемы, провокация ФСБ, уголовное дело и «Рюмка водки» от Григория Лепса для беглого чиновника

Читать все материалы

Сенатор-миллионер с виллой в Швейцарии хочет сажать за неуважение к власти

Навальный вспомнил о недостоверной декларации законотворца-борца с неправдой

Чиновники готовят пекарню к войне

Предприниматели жалуются на бессмысленные административные проверки

Кому выгодно заливать Москву опасными химикатами на 6 млрд

Запрещенные в Европе реагенты с удовольствием закупает правительство Москвы

Борьба с коррупцией — оценивает общество

Репутацию Шойгу подкосила коррупция в Минобороны

Анализ общественного мнения показывает, что глава военного ведомства теряет былую популярность

Общество требует чистки рядов силовых ведомств России

Подавляющее большинство уверено, что правоохранительные структуры поражены коррупцией

Иностранный агент vs кремлевский проект — кто кого?

Сравниваем уровень одобрения антикоррупционной деятельности ОНФ и «Трансперенси Интернешнл»

Навальный и ФБК — верхи травят, низы одобряют

Деятельность Фонда противодействия коррупции поддерживает большинство

Читать все материалы

Авиаотряд Путина пускает миллиарды на ветер

Счетная палата нашла многочисленные нарушения в президентском летном отряде «Россия» — подробности

Мастер-класс по «пряткам недвижимости» от бывшего вице-премьера Шувалова

Глава крупнейшего госбанка несколько лет скрывал в офшорах виллу в Дубае

Коррупционные скандалы в Минобороны

Гражданин Украины обналичивал военный бюджет под прикрытием заместителя Шойгу

Схемы вывода миллионов Минобороны: «новая Васильева», украинец, слесарь и продавщица

Фигурант «списка Титова» просит возбудить дело против подчиненной Бастрыкина

Арестованный арктический строитель Алексей Эккерт обвиняет следователя СКР в фальсификациях и подлоге

Минобороны потеряло 4 млрд в Дагестане и готово выложить еще

Дойдут ли по назначению средства госпрограммы развития ОПК на реконструкцию «Дагдизеля»?

За взятки на Играх в Сочи задержан бывший начальник ЦСКА

Читать все материалы

ФСБ согласилась с Навальным, а Колокольцев пришел не туда

Борьба с коррупцией: итоги недели 10-16 декабря

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: