Подписывайтесь на наш Telegram

Полковник Захарченко. Новый эпизод

Захарченко 13.11.2017 / 08:50

Потерпевшая по делу о квартирном мошенничестве называет Дмитрия Захарченко своим обидчиком и обвиняет его в преступлении

Бывший врио начальника управления «Т» антикоррупционного главка (ГУЭБиПК) МВД России Дмитрий Захарченко. Михаил Воскресенский/РИА Новости

Елена Харитонова девятнадцать раз подавала заявление в полицию, чтобы сыщики расследовали дело о квартирном мошенничестве. Только в девятнадцатый раз, после вмешательства администрации президента России, заявление приняли. Но дело закрыли через несколько дней – видимо, система «взаимовыручки», частью которой был полковник Захарченко, оказалась сильнее административного давления со Старой площади.

Корр: Как могло произойти, что взрослая женщина взяла и передала свой паспорт и документы на свою квартиру другому человеку на хранение?

Елена Харитонова: Тогда я уже третий год боролась с онкологией, за это время у меня умерли от рака все родственники. Я понимала, что надо было любым образом найти деньги, чтобы получить шанс прожить еще немного и воспитать сына. Ему на тот момент было девять лет. Я находилась в жутком состоянии — лучевая и химиотерапия, тяжелые препараты, ужас от того, что мальчик останется на воспитании у безработного на тот момент мужа. И на все это наложились постоянные предложения моего знакомого Станислава Данильченко, которого я знала более тридцати лет.

Елена Харитонова опознала Дмитрия Захарченко как Диму «Ростовского», причастного к мошенничеству с недвижимостью.

Я была знакома с его родителями, несколько раз мы с мужем помогали ему деньгами, и он вовремя возвращал. У него много лет был небольшой, но стабильный бизнес… У Данильченко на тот момент тоже были проблемы с деньгами, и он предлагал мне нехитрую манипуляцию с документами на квартиру. За это обещал десять тысяч евро.

я увидела по телевизору, как этого Диму арестовывают в квартире его сестры. И в этой квартире находят девять миллиардов рублей.

Этой суммы как раз должно было хватить на лечение в Австрии. Целый месяц он меня уговаривал, и в результате я согласилась. Он написал расписку, уверял, что никакие документы подписывать не придется, а надо лишь отдать ему свой паспорт и свидетельство о регистрации права собственности на квартиру. Сказал, что эти документы отдаст своим кредиторам, в качестве залога, а через месяц вернет их мне, вместе с деньгами.

Корр: Почему вы доверились ему?

Елена Харитонова: Так случилось, что мой муж упал, сломал ноги, оказался без работы — мы сидим вообще без денег, Данильченко буквально «прессует» меня, и я соглашаюсь. И на следующий день, в ноябре 2009 года, вечером меня уже везут по пробкам на Хорошевское шоссе, завозят в какой-то двор, где висит надпись «Нотариус» и забирают паспорт со свидетельством о регистрации права собственности на квартиру. А через некоторое время появляется второй участник сделки — Александр Павлов. Он приходит с неким Димой «Ростовским». Этот Дима берет пачку документов, которую ему дает Павлов, проверяет и передает мне.

Расписка Станислава Данильченко в получении документов на квартиру Елены Харитоновой.

Корр: Это все происходило в машине, или вы сами ходили к нотариусу?

Елена Харитонова: Я сидела на переднем пассажирском сиденье, Данильченко — рядом, а этот Дима и Павлов — сзади. И они мне начали подсовывать на подписание все эти бумаги. Я сказала, что ни о каких договорах речь не шла, и ничего подписывать не стану. Они видели, в каком я была состоянии — я выпила обезболивающее, мне было плохо, и единственное, чего я хотела — попасть домой и лежать. И они стали мне объяснять, что подписи нужны для Павлова, потому что он на самом деле передаст документы третьим лицам. А третьи лица должны быть уверены в том, что мои документы получены законно. Я киваю, они кладут между сиденьями пачку этих бумаг, показывают пальцем, где ставить подпись — я подписываю. И так, каждую страницу — переворачивают, показывают, я ставлю подпись. И документы забирает этот Дима «Ростовский».
На мой вопрос о том, что это был за Дима, они радостно стали уверять меня, что он — очень важный человек, очень серьезный и деловой. А через несколько лет я увидела по телевизору, как этого Диму арестовывают в квартире его сестры. И в этой квартире находят девять миллиардов рублей. А фамилия этого Димы, которую так усиленно скрывали от меня Данильченко и Павлов — Захарченко.

Корр: Получается, это был период начального накопления капитала Захарченко?

Елена Харитонова: Судя по стоимости квартир, которые проходили через его руки, как у меня, например — однушка на Багратионовской, речь шла явно не о миллиардах… Он к тому времени еще не выбился наверх и прокручивал, видимо, меньшие суммы.

Корр: А что произошло дальше?

Елена Харитонова: Примерно через год мне приходит квитанция на оплату квартплаты на имя Павлова. Я звоню Данильченко, и он мне отвечает: «Да, Павлов перевел твою квартиру на себя. Не переживай». Дальше пошли «признания» в том, что он якобы должен Павлову больше денег, и почему-то нашу квартиру Павлов забрал в счет других долгов. Сказал, что за ним стоят настолько высокопоставленные люди, что он даже не рискует назвать их фамилии.

Подпись нотариуса Киреевой, оформлявшей продажу квартиры.

Проще говоря, я пошла в полицию. Девятнадцать раз у меня отказывались брать заявление в нашем Филевском ОВД. Приняли после того, как я написала письмо президенту. Произошло это 26 декабря 2012 года, а закрыли дело 5 января 2013 года. То есть, проверка была проведена в новогодние праздники. Дело о мошенничестве возбуждали и закрывали три раза. Один раз закрыли на том основании, что гражданский суд не принял от меня иск о признании подписанных договоров недействительными. Дело переходит из рук в руки уже восьмой год подряд. За это время сменилось пять следственных бригад. Были проведены всевозможные экспертизы. Данильченко успел отсидеть по другому делу за мошенничество и написал явку с повинной по моему делу. Но все это никак не влияет на ход дела. Тем временем мне уже прислали бумагу о выселении. Основание — по документам я продала квартиру Павлову.

Корр: А этого Павлова вы не пытались найти?

Елена Харитонова: Пытались, но безуспешно. Через суд мы затребовали даже его фотографию из паспортного стола, чтобы приобщить к уголовному делу. Но в паспортном столе нам выдали ксерокопию с заштрихованным квадратом, где должна быть фотография. Мы потребовали еще раз. Поставили на уши половину Москвы. И в результате на месте фотографии полноватого, светло-русого, пышущего здоровьем Павлова на ксерокопию формуляра, было прикреплено изображение рабочего из Средней Азии.

Корр: То есть, получается, что даже еще не став хранителем крупных сумм, Захарченко уже имел такие связи, что даже после его громкого ареста и всех предъявленных обвинений, невозможно и в государственных органах получить фотографию предполагаемого сообщника Димы Ростовского — Павлова?

Елена Харитонова: Мне от Данильченко стало известно, что Павлов — один из крупнейших «обнальщиков» Москвы. А сам Данильченко был курьером. Кем был этот их друг — Дима, сказать не могу. Но, то что он принимал непосредственное участие в отъеме у меня квартиры и был одним из тех, кто контролировал работу, это однозначно. Когда я рассказала об этом следователям, те только смеялись и не верили. Но при этом начали обвинять меня в том, что это я — мошенница, и обманываю честных бизнесменов, продавая им по несколько раз свою недвижимость. А на мои предложения проверить меня и моего мужа через базу Росреестра — отмалчивались.

Корр: Прошло уже почти десять лет, а они вас до сих пор не выселили. Почему?

Елена Харитонова: Мне кажется, это потому, что они ждали, пока я умру. Но мне удалось выкарабкаться, потом посадили Данильченко, а после того, как арестовали Захарченко, пропал из Москвы и Павлов. Я созванивалась с бывшей женой Данильченко, и узнала, что почти в то же время, что и со мной, он провел махинацию с квартирой своей матери, сестры, племянницы, какого-то алкоголика и другой бывшей жены. Теперь мать Данильченко живет у его бывшей супруги. Причем заявления в суд на выселение Павлов во всех случаях, кроме моего, подавал сразу, и выгонял людей из дома. Видимо, действительно ждали, когда меня не станет.

Дмитрий Захарченко родом из Ростова на Дону. Михаил Воскресенский/РИА Новости

Если факты о Диме «Ростовском» подтвердятся, то полковник Захарченко будет не первым, и не последним высокопоставленным чиновником, который начинал с бандитского отъема квартир и риелторских захватов. Погоны — самая надежная защита для криминала, в более выгодном положении находятся только представители судейского и депутатского корпусов. Пока что единственный, кто может подтвердить или опровергнуть идентичность Димы «Ростовского» и полковника Захарченко — это Станислав Данильченко. Поэтому у следствия скорее всего появятся к нему вопросы.
По прошествии почти десяти лет Елена Харитонова продолжает бороться за свой дом, и считает, что ростовец по рождению, полковник Дмитрий Захарченко — это мошенник Дима «Ростовский». Который и стоял за всей этой жульнической схемой. Если вам известны похожие случаи, вы сами или ваши знакомые пострадали от действий «черных риелторов», и в этом были замешаны Павлов, Данильченко и Дима «Ростовский», пишите на редакционную почту: info@pasmi.ru

Самые свежие новости на нашем Telegram-канале

Раз в неделю мы отправляем дайджест с самыми популярными статьями.

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: