Реформа МВД, которая должна была качественно изменить работу Министерства, не оправдала ожиданий. О причинах неудачи и основных ошибках реформы в интервью корреспонденту pasmi.ru рассказал заместитель председателя комитета ГД по гражданскому, уголовному, арбитражному и процессуальному законодательству Александр Куликов.
- Александр Дмитриевич, в чем, на ваш взгляд была основная цель реформирования МВД в 2011? И была ли она достигнута?
— Результаты работы МВД за последние 20 лет не удовлетворяли ни граждан, ни руководство страны, ни, тем более, нас, депутатов. Основная цель, поставленная президентом, заключалась в принципиальном оздоровлении обстановки внутри системы МВД. Это и улучшение качества кадрового состава, и улучшение деятельности правоохранительных органов, и повышение эффективности работы подразделений органов внутренних дел в борьбе с преступностью. Цели, казалось бы, ставились благородные и нужные.
— А что получилось на практике?
— Все это было на наших глазах, на совещаниях, коллегиях, круглых столах и, к сожалению, должен прямо сказать, все получилось не так. Вначале реформы президент не озвучивал некоторых положений и это явилось для нас неожиданностью. В частности, необходимость переименования милиции в полиции, упразднение структурных подразделений, сокращение личного состава на 22%, которое обозначил президент Российской Федерации, — первоначально не звучали со стороны руководителей страны и министерства внутренних дел. Но это затронуло ведущие службы органов внутренних дел, которые находятся на переднем фронте борьбы с преступностью. В результате к концу 2011 года мы получили резко ослабленную систему МВД. Из-за сокращения служб уголовного розыска снизились разведывательные возможности, возможности профилактики преступности, контроля за спецконтингентом, ранее судимыми или только освобожденными из мест лишения свободы. Не случайно по итогам 2011 года более миллиона преступлений осталось не раскрыто из 2 миллионов с лишним совершенных.
— Количественно кадровый состав МВД пострадал, а качественно?
— Задача кадрового оздоровления личного состава не была решена, несмотря на прошедшую переаттестацию. Многие честные и принципиальные работники оказались за бортом, неаттестованными. Механизм переаттестации не дал результата, сокращение лишь ухудшило положение в органах внутренних дел. И, как мы подозреваем, часть денег, которая сегодня пошла на решение социальных проблем нынешних полицейских — это как раз часть денег из бюджета, которые напрямую пошли на финансирование, а часть денег поступили за счет сокращения личного состава. Искусственного, надуманного сокращения. И это не точка зрения человека который, в силу того, что он представляет оппозицию, хочет сказать, что все плохо. Это как раз то, о чем говорят в кулуарах, а некоторые довольно смелые руководители подразделений – у себя в регионах.
— Ошибка произошла на этапе планирования реформы или на этапе реализации?
— Дело в том, что механизма реализации поставленных президентом задач по модернизации МВД не было вообще. Были волевые спонтанные решения, которые порой противоречили сами себе. И если до апреля-мая 2010 года никто и не помышлял, что милиция будет изменена, то ровно летом 2010 года милицию решили преобразовать в полицию, ни с того, ни с сего. Хотя в разработанном на тот моменте законопроекте речь шла о милиции. Это один из красноречивых примеров, показывающих, что те, кто замышлял реформу МВД, абсолютно не думал, что будет через полгода. Не было рассчитано, какие силы и средства государство должно затратить на борьбу с преступностью. Учет реального состояния преступности фактически не производился. Совершенно очевидно, что те, кто замышлял реформу, должны были сопоставить, к чему приведет сокращение личного состава на 22% с точки зрения возможностей МВД бороться с преступностью и влияния на преступность в целом. Такое ощущение, что никто это не анализировал, не оценивал и не прогнозировал, во что это выльется. Бездумно. А потом последовал вместо законопроекта «О милиции» законопроект «О полиции»…
— Это был, по сути, тот же законопроект «О милиции» или новый?
— Это был документ, явно не соответствовал тому законопроекту «О милиции», который разрабатывался. Из нового законопроекта следовало, что новый силовой орган должен получить расширенные полномочия, ограничивающие конституционные права граждан и увеличивающие полномочия полицейских по применению к этим гражданам спецсредств, начиная от наручников, газов и заканчивая оружием. И если нормальный человек прочитал бы эти новеллы, то совершенно ясно задал бы вопрос, какого монстра собираются создать в ходе реализации такого закона. И еще множество других глупейших, коварных и исключительно античеловеческих норм было заложено. Поэтому очевидно, что законопроект готовился наспех. И он требует переработки. Например, переработанный вариант в сентябре 2010 года был уже ближе к действующему законопроекту «О милиции». Единственное, он расширял возможности руководящего состава по применению мер наказания, вплоть до увольнения, за однократное нарушение по отношению к личному составу. Но в то же время в этом законопроекте предписывалось усиление социальной защиты для сотрудников органов внутренних дел. В общем, можно было оставить закон «О милиции», тот, который был, единственное, — расширить социальный пакет. И миллиарды рублей, которые пошли на переименование, на сокращение личного состава, не были бы выброшены на воздух. Если обобщенно на сегодня подвести итоги, то реформа оказалась пшиком. И, на мой взгляд, восторженные оценки итогов реформы носят, большей частью, не объективный характер, а исключительно политический.
Мнение депутата Александра Куликова о том, как сделать реформу МВД максимально эффективной, читайте в следующем интервью.
Надежда Россихина