28.11.2016 / 10:09

Борьба за нефть: покушение на убийство и миллионный тендер за 900 рублей

 

В сентябре 2016 года государство едва не лишилось десятков миллионов рублей, а поселок Уренгой, откуда начинается главная газовая труба России, оказался под угрозой блокады. О том, как Уренгой рисковал остаться без связи с «большой землей» и как это связано с покушением на владельца крупнейшей сети АЗС Ямала − в расследовании ПАСМИ.

Затерянный поселок

Все знают о существовании газопровода Уренгой – Помары − Ужгород. Но мало кто бывал там, откуда начинается газовое могущество России. Десятитысячный поселок городского типа отрезан от «большой земли» рекой Пур.

Пересечь реку можно по четырем переправам. Две зимние, ледовые, одна понтонная и один наплавной мост из 12 барж. Переправы неказистые, но внешность обманчива. На другом берегу расположены месторождения Газпрома, Новатэка и Роснефти. Все оборудование, обеспечивающее работу нефтяных и газовых гигантов, идет через эти переправы. В год за проезд их владельцы собирают от 150 до 300 млн рублей. Прекрасный бизнес. С недавних пор в этом деле изменились правила игры. Если раньше «переправщики» оформляли лицензии, то теперь выкупают право переправлять грузы на торгах. Идея правильная, поскольку в ее основе – лишение чиновников, выдающих разрешения, любой возможности брать взятки. А бюджет за счет аукционов должен получить значительную прибавку. Это в теории. А что же на практике?

Кто хочет стать миллиардером?

%d0%bf%d0%b5%d1%80%d0%b5%d0%bf%d1%80%d0%b0%d0%b2%d0%b0229 августа 2016 года Департамент природно-ресурсного регулирования ЯНАО провел первый этап аукциона на право использования акватории реки Пур. Разыгрывалась лучшая круглогодичная переправа − наплавная. Она двусторонняя и самая надежная, водители предпочитают ехать по баржам, те устойчивее понтонов, чье предназначение, по сути, одноразовое − дать танкам форсировать реку во время войны. Заявки на торги подали шесть фирм. Договор заключают на пять лет. За это время победитель может собрать с большегрузов около полутора миллиардов рублей.

Итак, 29 августа вскрываются шесть конвертов, и оказывается, что пять из шести фирм подали неправильные пакеты документов: не представили карточку предприятия. При этом в требованиях к участникам такого документа не было.

В тот же день аукцион был признан несостоявшимся. Однако департамент решает, что хоть торги и сорваны, право на переправу отныне принадлежит единственному участнику − ООО «Пурдорспецстрой», и отправляет договор, сулящий выручку в полтора миллиарда, этим счастливчикам, да еще и с требованием подписать его в трехдневный срок. Каким шестым чувством обладает «Пурдорспецстрой», приложивший «ненужный» документ, сыгравший решающую роль, нам остается только догадываться.

Девятьсот рублей вместо пятидесяти миллионов

%d0%b3%d0%b0%d0%b2%d1%80%d0%b8%d0%bb%d1%8e%d0%ba

Александр Гаврилюк

Председатель конкурсной комиссии, первый заместитель директора департамента природно-ресурсного регулирования Александр Давидович Гаврилюк на вопрос журналиста «ПАСМИ», сколько заплатит победитель аукциона, ответил: «Девятьсот шестьдесят один рубль». На вопрос «А не планируете ли вы проводить новый аукцион?» Гаврилюк ответил кратко: «Нет. И давайте без комментариев, я очень занят, на ваши вопросы отвечу в письменном виде, обязательно».

Итак, сколько готовы были заплатить фирмы-участницы, не допущенные к торгам?

Представитель «Ямалнефти» Елена Олчонова, посетовав на явные признаки коррупции при проведении аукциона, цифру назвать отказалась. А вот представитель «Стройгаранта» оказался разговорчивее: «Мы планировали потратить около 50 млн. Это, конечно, смешная сумма для такой переправы, но почему не попробовать, вдруг повезет, вдруг выиграем».

То есть самая бедная компания-участница готова выложить 50 млн рублей. А департамент отдает право получить полтора миллиарда за 961 рубль. Не кажется ли странным, что Александр Гаврилюк, не желая провести торги повторно, лишает государство десятков миллионов дохода?

 

Секрет успеха

%d0%bc%d0%b0%d0%b3%d0%be%d0%bc%d0%b0%d0%b4%d0%be%d0%b2

Иса Магомадов

Победителем из этой несостоявшейся схватки вышло ООО «Пурдорспецстрой». Предшественником ООО было ОАО с тем же названием, преобразованное из государственного предприятия «Пурдорспецстрой». Этот долгий путь из госсобственности в частные руки предприятие прошло под руководством Исы Магомадова, который после приватизации вышел из учредителей и на седьмом десятке лет пошел в рядовые чиновники, став директором ГУП «Ямалавтодор».

И тут на его бывшую компанию обрушился золотой дождь. Только за один день, 16 апреля 2016 года, она выиграла два тендера, объявленных «Ямалавтодором». Один − на 116 млн, другой − на 22 млн. Уже 21 апреля ГУП прекратил свое существование, перейдя из господчинения на вольные хлеба и став ОАО «Ямалавтодор». И кому же ОАО «Ямалавтодор» отдает подряды? Тому же «Пурдорспецстрою». Отдает как горячие пирожки. За один только день, 21 июля, компания получает три контракта на 5 млн, 48 млн и 62 млн. Как и в случае с переправой фирма была единственным участником торгов. Цена контрактов не снизилась ни на копейку.

Дорога жизни

Нынешний владелец переправы, корпорация «Роснефтегаз», в аукционе участвовать не стал. По словам представителя корпорации Натальи Тихоновой, «нездоровый интерес чиновников к переправе выливается в такое количество проверок, что проще продать мост и сконцентрироваться на других проектах».

Сложилась уникальная ситуация: баржи, из которых сделана переправа, собственник переуступил ООО «Магистраль», а «Пурдорспецстрою» досталась просто вода. Игорь Куртенков, руководитель «Магистрали», заявил «ПАСМИ»: «Мы скорее разберем переправу, чем отдадим ее компании, которая непонятным образом за 900 рублей получила права, стоящие десятки миллионов».

После этого заявления стало ясно, что потеря бюджетом округа минимум 50 миллионов − это цветочки. Ягодки – это лишение десяти тысяч жителей Уренгоя моста, по которому они имели право бесплатного проезда. До 1 января 2018 года − а именно тогда можно будет перевозить грузы в поселок по льду − Уренгой рисковал оказаться в ситуации блокадного Ленинграда. Более того, встал вопрос доставки грузов на месторождения, от нормальной работы которых зависит энергетическая безопасность не только России, но и Европы.

Предотвратить катастрофу

31 августа 2016 года мы направили запрос в УФАС по ЯНАО. И, что бывает крайне редко, получили ответ через несколько часов. Светлана Подьячева, руководитель окружной антимонопольной службы, назначила заседание комиссии по рассмотрению итогов аукциона на 8 сентября. В итоге аукцион отменили, ущерба государству и блокады Уренгоя удалось избежать. Итак, справедливость восторжествовала. Впрочем, занимаясь темой переправы, мы выяснили, что у этого отмененного аукциона была своя предыстория.

Убийство по-ямальски

Олег Ситников

Олег Ситников

Кстати, у «Пурдорстроя» уже есть одна переправа, ледовая. По идее, ее также необходимо выставлять на аукцион. Однако в планах департамента никаких торгов по зимней переправе нет.

Довольно странная позиция с учетом того, что к наплавному мосту департамент проявляет повышенное внимание уже не первый год. Еще в 2013 году он пытался лишить лицензии нынешнего собственника переправы, корпорацию «Роснефтегаз». Тогда суд встал на сторону бизнеса. Вскоре после выигранного суда основатель «Роснефтегаза» Олег Ситников решил вместо переправы строить мост. Но дальше проекта дело не пошло. Строительство полноценного моста прервало покушение на Ситникова. Преступник проник в дом и, оглушив хозяина, связал его скотчем и, когда Ситников пришел в сознание, начал наносить удары ножом, приговаривая: «Зря ты решил строить мост». Решив, что сделал свое дело, киллер удалился.

«Я был голый и весь в крови. Ее было много, весь скотч плохо приклеился, это меня и спасло. Я дотянулся до телефона», − вспоминает Олег Афанасьевич.

Казалось бы, следствию осталось очертить круг лиц, заинтересованных в уходе из жизни владельца переправы. Однако следствие до сих пор ведется по статье «Разбой», хотя у жертвы ничего не похитили.

Бизнес и правоохранители

%d0%b0%d1%84%d0%b0%d0%bd%d0%b0%d1%81%d1%8c%d0%b5%d0%b2%d0%b8%d1%87-%d0%b8-%d0%bc%d0%b5%d0%bd%d1%82%d1%8b

В июне 2016 г. в ходе внеплановой проверки ОМВД по Н. Уренгою у корпорации изъяли два автомобиля, а Ситникова незаконно задержали… как пешехода.

Накануне покушения Ситников выиграл еще один суд, на этот раз у прокуратуры ЯНАО, которая требовала снести 31 хранилище топлива. Что это, если не смертный приговор корпорации, владеющей АЗС? С учетом климатических условий местности компания делала хранилища передвижными, поскольку в условиях вечной мерзлоты грунт может «поплыть». И БТИ представило материалы, доказавшие, что снести их нельзя, поскольку движимое имущество не сносят. Суд встал на сторону «Роснефтегаза». Девять дней спустя произошло покушение.

Совпадение? Ситников так не считает. Слишком непростые у него взаимоотношения с правоохранителями. В 2011 году Андрей Светличный, первый заместитель прокурора Нового Уренгоя, санкционировал обыск и выемку документов в офисе компании. «Маски-шоу» суд признал незаконными

Бухгалтерские документы, вернее, ту часть, которая подтверждает доходы, в итоге вернули. А вот расходные документы исчезли. Получается, компания гребла деньги лопатой, не тратя ни копейки на зарплаты и инвестиции. Все девять компаний корпорации в один момент оказались должны огромные суммы. Всего налоговая инспекция выставила претензии более чем на два с половиной миллиарда рублей. Такой «наезд» привел к тому, что осенью 2016 года был подан иск о банкротстве корпорации.

Кто заинтересован в банкротстве совершенно здорового предприятия? В 2012 году Андрей Светличный, тот самый прокурор, причастный к выемке бухгалтерских документов «Роснефтегаза», увольняется и переходит в службу безопасности Сергея Веселкова. Это московский бизнесмен, владеющий несколькими компаниями, связанными с газовой и финансовой сферами. Олег Ситников подозревает, что «за покушением может стоять Веселков, а его связи с доблестной прокуратурой видны невооруженным глазом».

На условиях анонимности один из сотрудников службы безопасности Веселкова рассказал нам, что «в августе 2012 года начальник службы безопасности ужинал с Ольгиным. Через три дня двое наших людей в срочном порядке пригоняют из Москвы нашу служебную машину – Toyota Camry, которая почему-то оказалась у прокурора города Андрея Ольгина».

Через три дня двое наших людей в срочном порядке пригоняют из Москвы нашу служебную машину – Toyota Camry, которая почему-то оказалась у прокурора города Андрея Ольгина

Более того, связи у службы безопасности были и в полицейских кругах. В хороших отношениях со структурами Веселкова числится и Владимир Синько, руководивший в свое время УБОП Нового Уренгоя. Наружу эта «тайная связь» вылезла постфактум, — после своей отставки он выходил на Ситникова с предложением организовать встречу с Веселковым.

Ситников отказался. На наш вопрос почему, Олег Афанасьевич ответил: «Учитывая связи Веселкова с правоохранителями, я опасаюсь, что подобную встречу хотели организовать, чтобы меня подставить».

Опасения небеспочвенные. В 2014 году встреча Алены Кривенко, юриста «Уренгойгеоресурса», с представителями Веселкова закончилась тем, что переговоры о погашении долга структурой Веселкова перед «Уренгойгеоресурсом» вылились в задержание Алены и ее обвинение в вымогательстве.

То, что Веселков не любит платить долги, подтверждает и Сергей Агеев, директор «Научно-технического центра капитального ремонта скважин». По его словам, «пострадала не одна компания, общий размер ущерба, причиненного Веселковым и действующими с ним заодно лицами, составляет не менее 933 миллионов рублей».

Поговорить с нами Веселков согласился, однако после вопроса, планирует ли он возвращать эти долги, разговор закончился. Сергей пообещал: «Я вам через неделю перезвоню», − и положил трубку.

Впрочем, Веселков чувствует себя уверенно. Уголовное дело, которое было заведено на него в Новом Уренгое по заявлению одного из кредиторов, прекращено «за отсутствием состава преступления».

Жанна Кукаева

Жанна Кукаева

О нравах среди правоохранителей нам поведала подполковник полиции Жанна Кукаева, до недавнего времени курировавшая следователей, ведущих дела по экономическим преступлениям.

Причину своего увольнения она видит ясно: «Последние годы моей работы меня пытались втянуть против моей воли в конфликт между Ситниковым и Веселковым. Я не встала ни на одну сторону. Василий Федорович Ионин (начальник следственного управления УМВД по ЯНАО – прим. Ред.) звонил из Салехарда, требовал, чтобы я вышла на пенсию. Руководство убирает сотрудников, не разделяющих их точку зрения на дела, связанные с «Роснефтегазом».

Те, кто переходит дорогу Веселкову, рискуют столкнуться с уголовным преследованием, причем не важно кто, кредиторы или бизнес-партнеры. И это еще мягкий вариант.

В 2011 году структура Веселкова «Универсальный альянс» подала иск о признании банкротом «Уренгойгазстройматериалы». Основание – долг в 390 тысяч. При миллиардных оборотах компании это смехотворная сумма. Тем не менее назначается конкурсный управляющий. А у владельцев компании начинаются проблемы со здоровьем. Сначала умирает Владислав Цеханович, а затем его сын. Имущество распродано по смешным ценам, а долги по зарплате перед рабочими так и не выплатили. Проверку вел прокурор Андрей Ольгин. Сами понимаете, чем она закончилась. Рабочие остались без денег, а предприятие ликвидировано. А Ольгин поощрен как лучший прокурор городских прокуратур ЯНАО.

Нечто подобное могло произойти и с корпорацией «Роснефтегаз». Однако налоговая пошла навстречу корпорации и отсрочила выплату долга.

Геология коррупции

%d1%80%d0%be%d1%81%d0%bd%d0%b5%d1%84%d1%82%d0%b5%d0%b3%d0%b0%d0%b7-%d0%b0%d0%b7%d1%81-1За два последних месяца корпорация смогла и сохранить за собой переправу, и отбиться от банкротства. А ведь в режиме сильнейшего административного давления «Роснефтегаз» существует последние пять лет. С 2011 года корпорация пережила свыше 500 проверок, по две проверки в неделю. С одной стороны, Ситникову угрожают криминальные структуры, с другой − проверяющие всех мастей. Кто опаснее, Ситников не знает, а потому при нем всегда охранник и юрист. Следствие по покушению на него приостанавливалось 21 раз. В то же время ищется любой повод для возбуждения уголовных дел в отношении сотрудников корпорации.  Например, на одной из АЗС сотрудники перелили масло «Лукойла» из 200-литровых бочек в канистры. Потому что нет такого водителя, кто купил бы сразу 200 литров. Появляется дело о контрафакте. Счет таким делам, высосанным из пальца, идет на десятки. Василий Ионин лично выезжает на объекты «Роснефтегаза» и фактически шантажирует сотрудников корпорации: «Организатором, то есть руководителем этой преступной группы является Ситников Олег Афанасьевич… И сейчас решается вопрос, кто будет в составе этой организованной преступной группы. Либо вы собираетесь войти в этот состав, либо не собираетесь войти в этот состав» (запись находится в распоряжении редакции). Вот как в ЯНАО подбирают преступные сообщества − по желанию.

В чем причина такого давления?  Да, переправа и сеть АЗС − неплохие активы. Но стоят ли они таких усилий? Возможно, ответ в другом. Корпорация, инвестировав два миллиарда рублей, открыла запасы нефти на считавшемся бесперспективным Южно-Ярояхинском месторождении. Именно этот актив и представляет наибольший интерес. Да и давление на Ситникова началось после того, как забил нефтяной фонтан. Как видим, нефть способна сплести в коррупционный клубок правоохранителей, чиновников, рейдеров и ОПГ. Распутать этот клубок сейчас пытаются лишь журналисты.

 

Сообщить о коррупции — мы опубликуем ваши материалы