21.11.2016 / 10:44

Анастасия Муталенко: «Общественный контроль — это здравый смысл»

Зачем нужен общественный контроль, о лазейках в законах, государственных закупках, работе активистов и как оценить предметы роскоши, редакции Первого Антикоррупционного СМИ (ПАСМИ) подробного рассказала руководитель проекта Общероссийского народного фронта(ОНФ) «За честные закупки» Анастасия Муталенко.

ПАСМИ: Одной из целей создания ОНФ является борьба с коррупцией. Вы, как руководитель одного из основных проектов, можете сказать на какие именно сферы и отрасли в первую очередь обращаете внимание? Откуда и как поступают сигналы?

Сигналы от активистов поступают из всех сфер нашей жизни и тяжело наоборот отметить откуда нет сигналов. Но наиболее проблемными, назовем их так, являются сферы строительства, медицины, различных социальных проектов и информационных технологий. Особняком стоит дорожная сфера, а именно ремонт дорог — это то, что люди видят на улицах города, что непосредственно касается их жизни, что их беспокоит.

Если говорить о технологии работы, то она очень простая — активисты добавляют на нашем сайте те закупки, которые по их мнению сомнительные, при этом должны конкретно указать обнаруженные нарушения. Эксперты проекта оперативно оценивают сигналы, и если признают закупку сомнительной, то заказчику автоматически отправляется уведомление о прояснении ситуации, которая носит абсолютно рекомендательный характер. Большинство вступают в диалог с активистами и устраняют выявленные нарушения, если они есть. Если же заказчик не желает взаимодействовать, активисты вправе обратиться в Федеральную Антимонопольную Службу и прокуратуру.

ПАСМИ: Можно ли выделить откровенно «проблемные» регионы и региональную власть, в плане коррупционной составляющей?

Закон одинаков — и нарушения во всех регионах примерно одинаковые. Так что с точки зрения региональной власти у нас нет и не было никогда задачи кого-то выделять или к какому- то региону иметь пристальное внимание. И, конечно же, надо понимать, что, говоря о закупках в регионе, мы говорим о тысячах участников госзаказа — от госкомпаний, работающих в сфере естественных монополий, до, непосредственно, органов власти. В большинстве случаев они действуют самостоятельно. И проблемы есть, и перегибы, и лоббирование, чьих то интересов присутствует во всех областях, но говорить о сугубо проблемных регионах будет неправильно.

ПАСМИ: ОНФ — политическая организация. Когда Вы проверяете региональные тендеры (закупки), главы которых состоят в «Единой России», то не получается так, что происходит дискредитация партии власти?

Начнем с того, что ОНФ — не политическая организация, а общественная, созданная по поручению президента России Владимира Путина. Если рассуждать правильно, то организация надпартийная. Даже если посмотреть на структуру ОНФ, то можно увидеть, что в региональные штабы и центральный штаб входят представители 23 партий. Мы оцениваем проблемы региона с точки зрения эффективности проведения закупок. В первую очередь думаем о причинах, проблемах и в связи с чем они возникли. Перед законом равны все, неважно выходцем из какой партии является тот или иной глава региона. По факту дискредитировать себя могут только сами главы региона своим нежеланием вступать в диалог, после обнаруженных нарушений. Но если они конструктивно реагируют на критику и говорят активистам спасибо за выявленные недочеты — то какая здесь может быть дискредитация? Еще раз хочется повторить — закон един для всех!

ПАСМИ: Оказывает ли давление при региональных закупках местная власть? Ведь не секрет, что Москва — это одно, а в регионах совсем другая ситуация.

Да, в отдельных случаях наши активисты сталкивались с давлением местных властей, администраций. Но смотрите, большинство закупок анализируется по всей России без привязки к региону. Из-за этого давить на активистов довольно сложно, да и бессмысленно.

ПАСМИ: Журналисты часто обращаются за помощью в выявлении или проверки какого-то тендера? Можете назвать конкретный пример, когда именно СМИ привлекли внимание к проблеме?

В последнее время, журналисты стали на много чаще к нам обращаться. Видна положительная динамика и формирование диалога, можно сказать партнерских отношений. Приведем конкретный пример, в 2015 году к нам обратилась журналистка Анна Санкина с просьбой помочь остановить приватизацию Вологодского молокозавода. В апреле 2015 года молокозавод должен был уйти «с молотка» при стартовой цене в 973 млн рублей. Однако, после того как о данной ситуации доложили президенту России, лидеру ОНФ Владимиру Путину на втором медиафоруме ОНФ «Правда и справедливость» в Санкт-Петербурге, продажа предприятия была приостановлена. А в начале текущего года стало известно, что молокозавод повторно выставили на приватизацию! В итоге, аукцион по продаже предприятия и его бренда «Вологодское масло» второй раз за год был отменен уже главой Росимущества Ольгой Дергуновой после того, как представители ОНФ вновь призвали остановить продажу успешного предприятия. На круглом столе, прошедшем в июне этого года на площадке ОНФ, по вопросу приватизации государственного и муниципального имущества в России, представители Федерального агентства по управлению федеральным имуществом и Минсельхоза РФ нас заверили, что принято решение об исключении завода из проекта прогнозного плана программы приватизации до 2020 года.

ПАСМИ: Как вы решаете кадровую проблему и по какому принципу отбираете сотрудников?

Кадровой проблемы нет, штат у нас небольшой. Например, с активистами работают участники крупных волонтерских проектов. Оценивают закупки юристы и эксперты. Но главные наши «сотрудники» — это активисты, которые на безвозмездной основе занимаются общественным контролем. И таких людей с каждым годом становится всё больше, что не может не радовать, т.к. проходит равнодушие и начинается изменение ситуации в стране с самих себя.

ПАСМИ: Каким образом можно оценивать закупки на «предмет роскоши»? Ведь у каждого подход к оценке отличается.

Общественный контроль — это здравый смысл. Если мы видим в закупках «икорницу» за 30 тысяч рублей — то не возникает сомнения является ли роскошью данный предмет. Над каждым конкретным случаем мы работаем с экспертами. Обращаем внимание на деятельность предприятия, его эффективность, не убыточно ли оно.

ПАСМИ: Запрет на покупку дорогостоящих автомобилей за счет бюджетных средств вступил в начале этого года. Но на сайте госзакупок спрос на машины бизнес-класса так и не спал, мы делали материал на данную тему. Как убрать всевозможные лазейки в законах, указах, распоряжениях?

Идеальных законов априори не бывает. Только практика показывает, где нужно «латать» эти дыры. Давайте уточним, по поводу данного материала — это закупки не органов власти, а представителей госкомпаний. В прошлом году нам удалось добиться ограничения закупок дорогих автомобилей чиновниками по 44-ФЗ. Но есть госкомпании и целый ряд учреждений, которые работают по 223-ФЗ. И мы считаем, что было бы правильно и им ограничить. В нашем последнем «Индексе расточительности» за 2016 год закупок чиновников нет. Мы будем и дальше работать, чтобы ограничения по закупкам автомобилей вступили в силу и для представителей госкомпаний.

В начале марта 2016 года правительством были введены нормы аренды автомобилей для органов власти, ограничив выбор объемом двигателя. Однако без внимания осталась еще одна лазейка: заказчики могут воспользоваться другой формой аренды — лизингом. Как показывает наш «Индекс расточительности», такие формы приобретения автомобилей стали популярны. В любом случае, мы будем продолжать находить и придавать гласности расточительные закупки.

ПАСМИ: Как Вы думаете, возможно ли искоренить коррупцию, как факт? По факту, одних силовых методов просто не хватает.

К сожалению, полностью искоренить коррупцию невозможно. Но сократить рамки дозволенного для нечестных чиновников необходимо. Постоянно совершенствуя законодательство, закрывая лазейки, пресекая применение «серых», а главное сделать закупки максимально прозрачными. Сейчас государственные закупки регламентируются двумя федеральными законами: 44-ФЗ и 223-ФЗ. Оба закона необходимо дорабатывать и дополнять. К примеру по 223-ФЗ, по которому работают государственные компании, заказчики лишь декларируют свои намерения сделать ту или иную закупку, без обоснования ее стоимости и необходимости приобретения. Система остается непрозрачной! Отсюда и многочисленные злоупотребления, завышенные траты и коррупция.

ПАСМИ: Но ведь есть электронные аукционы — наиболее прозрачные виды закупок?

Даже в электронных аукционах есть место для нарушений и злоупотреблений при обосновании максимальной или начальной стоимости. Делается закрытый запрос коммерческих предложений у потенциальных компаний-подрядчиков. Но если эти фирмы дружественные заказчику, то и предложение ему будет предоставлено с завышенной стоимостью, под так называемую «благодарность». В результате стоимость контракты оказывается завышенной. Запрос коммерческих предложений должен быть открытым, прозрачным и понятным.

Коррупцию нужно искоренять в умах людей, транслировать и показывать на различных примерах, что люди могут победить коррупцию, если проявят свою гражданскую позицию.

ПАСМИ: В апреле прошлого года президент РФ Владимир Путин дал 11 поручений по развитию малого бизнеса, одним из которых стало «допуск малого и среднего бизнеса к госзакупкам». Что сделано, есть ли успехи или неудачи?

Мы всегда выступали за увеличение доли участия малых и средних предприятий в закупках госкорпораций. Законодательные инициативы в области федеральной контрактной системы должны повышать эффективность и конкурентность закупок за счет стимулирования малого и среднего бизнеса, увеличения доли его участия в закупках госкомпаний. Но, не наобщих основаниях, вместе с крупными компаниями, понятно, что там щансов у них не будет, а по упрощённой схеме! Важно это делать не путем административного принуждения и за счет искусственного навязывания определенных ограничений. Переход должен быть плавным, поэтапным. Чтобы госкомпании реально привлекали малый бизнес к торгам, а не как это происходит сейчас — для отчета, если уж говорить честно.

Так, например, поступает сигнал от активиста о ряде закупок крупным акционерным обществом. Это акционерное общество, не будем упоминать его название, закупает детали для своего большого производства. А вот поставку будет осуществлять компания-перекупщик, которая находится на стадии банкротства! Почему это так произошло? Ведь получается, что фактический производитель поставляемых деталей становится субподрядчиком по контракту из-за того, что банально не был допущен к торгам, якобы не соответствовал условиям малого и среднего предпринимательства. В итоге — это фикция, а цена продукции искусственно завышена! И так происходит сплошь и рядом. Вот с чем необходимо бороться и контролировать. В результате, правительство нас услышало, и Минэкономики России уже скорректировало «дорожную карту» по расширению участия малых и средних предпринимателей в государственных закупках: к 2018 году 10% прямых и 25% общих закупок должны быть у субъектов малого бизнеса.

ПАСМИ: Есть ли необходимость накладывать гриф «секретно» на закупки государственных корпораций и естественных монополий?

Безусловно, есть оборонзаказ, есть стратегические проекты, где гриф «секретно» необходим. Но только в этих случаях. В остальном, мы считаем, что система госзакупок должна быть прозрачной, чтобы избежать неэффективных трат и злоупотреблений.

ПАСМИ: Основной показатель работы — что это? И есть ли какой-то план проверок, мероприятий и т.д.? Из чего складывается?

Мы не проводим специализированные проверки и мероприятия, а работаем на основе сигналов активистов. Когда мы начинали, к нам на сайт поступало 3-4 сигнала в неделю, сегодня — более 10 сигналов ежедневно. В каких-то закупках действительно есть нарушения, другие не подтверждаются экспертами. Основная цель работы — повышение эффективности расходования бюджетных средств, больше эффективных решений в реализации государственных программ.

Когда-то мы начинали с закупок дорогих автомобилей и громких корпоративов за бюджетные деньги. На сегодня опытные эксперты-аналитики помогают выявлять не только разовые сомнительные закупки, а смотреть на эффективность работы системы в целом. Так на пример в прошлом году по инициативе активистов мы провели расследование деятельности Особых экономических зон. Тогда к нам подключались активисты из регионов, присылали свои расследования. Итогом этой работы стала тотальная проверка деятельности ОЭЗ и закрытие 8 неэффективных зон.

Теперь наши активисты занимаются и оценкой эффективности больших инвестиционных программ, мы помогаем им с точки зрения экспертной оценки, дополнительных запросов информации. Мы видим, что эта тема актуальна. Общественники хотят помогать своему региону в экономии бюджетных средств.

ПАСМИ: Как обстоят дела в Крыму, в рамках проекта?

Несмотря на то, что Республика Крым и город Севастополь только со следующего года должны перейти на российское законодательство по госзакупкам, но уже появились активисты на территории полуострова. Что касается закупок на полуострове, с января по октябрь 2016 года на сайт проекта «За честные закупки» добавлено более 50 сигналов активистов о неэффективном расходовании бюджетных средств в закупках на сумму более 670 млн рублей на территории полуострова. Большая часть нарушений носит технический характер. В рамках «Форума Действий. Крым» мы провели обучающие семинары. В следующем году мы планируем провести еще ряд тренингов в республике. Интерес к Крыму у общественников растет и мы надеемся, что ряды наших активистов на полуострове будут пополняться. Вместе мы победим.

Сообщить о коррупции — мы опубликуем ваши материалы

  • Дмтрий

    Красива, умна, говорит интересно)))

  • Олег

    Красивые девушки на переднем крае борьбы с коррупцией! Даже прикупить что-нибудь роскошное на бюджетные деньги захотелось…