Торговые центры — главные рейдеры ресторанов

Ресторанный бизнес испытывает проблемы из-за упадка рынка и снижения покупательской способности общества. Кроме того, некоторые проекты общепита подвергаются постоянному давлению со стороны торговых центров и нечестных «общественников», которые уводят работу предпринимателей в «коррупционную плоскость». Каким образом сегодня строить ресторанный бизнес в России, какие коррупционные схемы и кто отрабатывает на рестораторах, о рейдерских захватах ресторанов корреспонденту ПАСМИ рассказал Сергей Миронов, владелец сети «Мясо&Рыба», основатель компании «Рестконсалт»

– Как бы вы оценили экономическую составляющую ресторанного бизнеса?

– На сегодняшний день рынок, в том числе ресторанный, падает. И, пожалуй, сейчас – самое затяжное падение. Средний чек в ресторанах и кафе «дешевеет» несколько лет подряд. Гость «откатился» в более демократичные форматы. Скажу прямо: сегодня надо сражаться за каждого посетителя.

– Ваши рестораны полностью перешли на импортозамещение. С какими-то продуктами есть проблемы? Как организована логистика, поставки?

– Главный продукт для российских ресторанов – мясо. Особенно говядина. Зерновая или травяного откорма из мясных пород быков. По мясу мы успешно переходим на сотрудничество с агрохолдингом «Мираторг». Есть и другие фирмы, которые начали заниматься мясом, но они, к сожалению, все мелкие. Они выходят на рынок, делают пиар-кампании, начинают поставки мяса в рестораны, причем спрос на российское мясо – бешенный. Его «сметают» за несколько месяцев и у них все заканчивается. Исключение – «Мираторг». Они говорят, что не забивают телок, оставляя их на развод, а забивают только бычков, таким образом постоянно увеличивая поголовье. Однако и таких объемов российскому рынку не хватает.

Потому и цена на мясо высокая, относительно цен на другие продукты.

В России огромные ресурсы рыбы. Но рыбакам гораздо выгоднее продавать рыбу за рубеж. В России труднее продать, хуже условия для самих рыбаков, сложнее довезти эту рыбу до центра и реализовать ее.

Для наших ресторанов российская рыба очень интересна. Мы начали работать с диким лососем, с чавычей, с олюторской сельдью, с магаданской креветкой, с нашими кальмарами, с камчатским крабом.

Продуктов – огромное количество, но есть проблемы в логистике.

Приведу пример. Начался вылов чавычи и поэтому эта рыба приходит к нам свежей, потом она будет приходить мороженной (это шоковая заморозка при минус 18 градусов, заводское производство). Но! Через полгода цена на эту рыбу будет расти по мере того как она будет заканчиваться у поставщиков. В России нет крупных компаний, которые перейдут с формата «привез-продал» в формат постоянной работы.

Сейчас количество поставщиков и объемов поставляемой рыбы недостаточное, чтобы цена оставалась стабильной в течение года. Это провоцирует многие ресторанные сети завозить рыбу самостоятельно. Логистика – сложнейшая. Занятие, по сути, не для ресторанов, но они вынуждены заниматься доставкой и хранением крупных партий рыбы. Но есть важный нюанс: если ресторан сам себе привез рыбу, то сертификат на нее действителен всего один год.

Если мы рыбу в течение года не продадим – мы должны ее утилизировать, выбросить. Ресторану неудобно работать таким образом.

То же самое касается креветок. Российская креветка дешевле и вкуснее импортной. Но опять та же проблема – сегодня наши креветки закончились и появятся только в октябре. Поэтому мои рестораны закупили несколько тонн креветок и загрузили их в морозилки. Это касается и остальных морепродуктов.

– Сегодня бизнес-ассоциации открыто говорят о частых проверках, тогда как и на законодательном уровне приняты соответствующие поправки, прописана плановость, действуют другие меры, направленные на снижение прессинга на бизнес. Актуальна ли проблема частых проверок контролирующими организациями?

– С контролирующими организациями у нас как таковых проблем нет. Проблема есть с расплодившимися «общественными организациями», которые, используя свой статус, пытаются заработать на нас деньги. Такой вот «терроризм». Вот реальный случай. В ресторан приходит «бородатый дядька», заказывает себе пиво, тут же его друзья достают красные корочки, подбегает полиция. Оказывается, что этот «бородатый дядька» – несовершеннолетний. Схема такова: подбирается человек, который внешне выглядят лет на 25, и даже невозможно предположить, что ему меньше. Он приходит в ресторан и заказывает какой-либо алкоголь. Согласитесь, в ресторане не каждого просят показать паспорт, хотя закон, по сути, обязывает это делать. Далее представители «общественной организации» предлагают «договариваться», в противном случае грозят вызовом полиции и отбором лицензии. Эта схема распространена повсеместно.

Чем популярнее ресторан, тем чаще туда приходят «бородатые дядьки». Хотелось бы, чтобы наши правоохранители начали с этим бороться.

Дмитрий Вербицкий, главный редактор «ПАСМИ»: Помогаем держать удар

– Одна из проблем для рестораторов – аренда. Прозрачен ли рынок аренды или за хорошее место и выгодную арендную цену нужно «доплатиь»?

– Коррупционная составляющая в аренде связана не с государственным, а с частным капиталом. Со стороны госорганов коррупционные элементы снизились. Последний год я вообще не сталкивался с какими-либо взятками или другими формами коррупции.

Но существует другая проблема. В законодательстве есть бреши, которыми пользуются торговые центры. Именно они разоряют рестораны. Изначально каждый торговый центр имеет штат юристов. Их договоры – это куча подводных камней. К сожалению, 90% рестораторов обращаются к обычным юристам, которые просто читают договор и оценивают его как нормальный. Такие юристы не знают нюансов и не понимают, где могут быть «подводные камни». В реале по такому договору практически любой ресторан можно выбросить из торгового центра на улицу.

Распространенная схема на сегодняшний день: ресторатор потратил миллион долларов, открыл ресторан, а потом торговый центр забирает его себе.

– Это рейдерский захват, по сути. Как с этим бороться?

– Когда мы обращаемся в суд, нам отвечают: «это внутренние гражданские отношения, разбирайтесь между собой сами». Поэтому нужно изменять законодательство.

Экс-депутата Госдумы заочно обвинили в рейдерстве

Например, есть такая схема: подается заявление на банкротство ресторана, и арендодатель расторгает договор аренды. Ресторан в течение пяти дней должен покинуть помещение: естественно, все там остается. При этом подать заявление на банкротство может третье лицо. И юристы торговых центров говорят: вот есть заявление на банкротство, вот есть арбитражный суд, значит, есть основания для расторжения договора. Таким образом, оказывается давление на владельцев ресторанов.

– Какие коррупционные схемы используют торговые центры?

– Ресторан отработал пять лет. Этот бизнес теперь стоит не миллион долларов, а два миллиона. И торговый центр просто не продлевает договор аренды. Причем в договоре с торговым центром прописано, что именно он, торговый центр, не имеет преимущественного права на пролонгацию. И это превращается, в итоге, в коррупционную составляющую.

Торговый центр требует огромную сумму денег: либо вы нам даете $500 тыс. и мы с вами продлим аренду, или – до свидания. Это очень распространенная схема.

Есть еще один способ давления со стороны торговых центров. Они составляют новый договор аренды, уничтожающий ресторан, и говорят, либо вы его подписываете, либо мы не продлим аренду. Ресторану некуда деваться, он подписывает договор. Причем торговый центр сначала заверяет, что мы вас трогать не будем. Но потом по этому договору забирают все, включая продукты. Есть в Москве торговые центры, которые на этом специализируются.

– Приведите реальный пример прессинга рестораторов со стороны представителей торгового центра?

– В Москве есть торговый центр, который закредитован в одном крупном банке. Банк видит все договоры аренды, контролирует платежи арендаторов. При этом очередные арендные договоры торговый центр заключает по схеме: заключаем договор на 1,5 млн рублей, при этом миллион отдаете кэшом. Ресторан предлагает официально прописать 2,5 млн рублей, так как не хочет нарушать закон, ему надо где-то обналичивать деньги. Торговый центр отвечает, что тогда сумма договора будет пять миллионов. И ресторатор выбирает «кэш».

Можно сказать, что торговые центры подталкивают рестораны к серому рынку.

– Можно ли вести ресторанный бизнес в России?

– Можно, потому что те проблемы, которые я сейчас озвучиваю – это десятая часть тех, что были десять лет назад.

Моим коллегам надо быть более открытым и не бояться говорить о проблемах. Я открыт, поэтому меня боятся обманывать, боятся предлагать участвовать в коррупционных схемах. Я хочу работать в белую, показывая свои обороты, динамику. Если бы все так поступали, то серых коррупционных схем было бы меньше, а работать всем было бы проще.