В возбуждении незаконного уголовного дела виноват обвиняемый?

Глава Левокумского района Ставропольского края Николай Напханюк вновь обвиняется во взяточничестве. Дело возбуждено повторно, несмотря на то, что предыдущее, аналогичное, прекращено как незаконное 23 августа. Следователи мгновенно возбуждают дело, не проверив ни одного довода заявителя. Журналисты ПАСМИ попытались самостоятельно провести «доследственную проверку».

Взятки нет, но дело есть

О взятке, которой не было, о том, кому может быть выгоден арест Напханюка и роли в этой загадочной истории Дмитрия Медведева, Кирсана Илюмжинова и уголовников, ПАСМИ уже писало. Новое заявление на Напханюка написал фигурант дела о мошенничестве, а ныне «серьезный инвестор» Юрий Тищенко. В чем же суть конфликта?

Напханюка обвиняют в том, что он не выдавал Тищенко разрешение на строительство. Давайте рассмотрим этот аспект внимательнее.

«Ставропольская АПК», возглавляемая Тищенко, взяла в аренду 120 га в Левокумском районе. Юрий Тищенко, директор компании хотел получить от Николая Напханюка разрешение на строительство завода по переработке зерна.

«Мы пять раз писали разрешение на строительство, но так его и не получили», — говорит Тищенко.

А почему же Напханюк упрямился?

Мы связались с Тищенко, он подтвердил, что проекта до сих пор нет, будет «к середине следующего года». Более того, он поставил в известность и краевой минстрой и лично первого зампреда краевого правительства Николая Великданя. Те, по словам Напханюка, «запретили выдавать разрешение без основного проекта».

Если бы следователи  немного разбирались в топографии и открыли карту, то увидели, что рядом с участком Тищенко – заброшенный скотомогильник с охранной зоной в 500 метров и стратегический объект – нефтепровод. По сути дела, подозревать Напханюка в коррупции можно было бы, если бы он разрешение без проекта выдал. Если бы он подписал разрешение, то нарушил бы все, что можно, и подпись под таким разрешением равнозначна уголовному делу. Николай Васильевич на это не пошел, и теперь его обвиняют, по сути, в том, что он честно исполнял свою работу.

Почему Тищенко так торопился с разрешением на строительство, не имея проекта? Потому что у «серьезного инвестора» банально нет денег на проектирование. Как он нам сказал, «проектные работы будут стоить не менее 500 миллионов». А само разрешение, по его словам, необходимо для подготовки полного комплекта документов и поиска международных инвесторов. Это конечно, замечательно, но, если внимательно почитать документы, то землю он арендовал с условием, что в течение трех лет начнет строительство. Без разрешения это невозможно, а разрешение без проекта Напханюк не давал.

Следователи возбуждают дела, не выходя из кабинета

Второй краеугольный камень обвинения–сын Николая Напханюка, Евгений, руководитель сельхозпредприятия «Октябрьский», по версии следствия вымогал с Тищенко деньги за право проезда на его участок.

В постановлении о возбуждении дела указано, участок Тищенко «окружен земельными участками, принадлежащими ЗАО «Октябрьский». То есть, Тищенко якобы не мог попасть к себе на участок без разрешения Евгения Напханюка. Достаточно взглянуть на карту и увидеть, — участок окружен посевами с трех сторон, и проезд есть. По словам Евгения Напханюка, «никто никогда не мешал проезду с южной стороны, там может проехать любой желающий». Но, доблестные правоохранители либо не разбираются в топографии, либо не удосужились выехать на место и проверить информацию.

Итак, мы сделали то, чего не сделали  следователи, спросили у Тищенко, можно ли проехать к участку. По его словам да, но очень уж неудобно. Мы проехали по маршруту и засекли время: на машине ехать полторы минуты.

Тищенко хотел обеспечить себе проезд на участок через землю «Октябрьского». Это действительно короткий путь — тридцать секунд пешком.

Однако поле к тому моменту ужезасеяно, и руководитель «Октябрьского» отказывает директору «Ставропольской АПК».

«Я ему говорю, не устраивает твоя дорога, через мою рожь летай на вертолете», — рассказывает Евгений Напханюк.

В ходе переговоров с Евгением Напханюком Тищенко сам попросил выставить счет на убытки, компенсировав которые, он получил бы право на проезд к участку через поле.

Получив счет, он прямиком отправляется в ФСБ, те его отправляют в ОБЭП, ОБЭП его направляет в Нефтекумский следственный отдел Следственного комитета. И тут его ждет удача, глава Нефтекумского СК Иван Музыкин в конфликте с Напханюком. Родной брат Ивана, Андрей, работал в администрации Левокумкского, но не сработался с Николаем Напханюком. Итак, взятки не было. А было бы возбуждено дело, если бы не старая обида руководителя местного СК на Напханюка?

Дело на 20 000 гектаров

Возникает ощущение, что дело вовсе не в заводе, не в конфликте Напханюка-старшего и брата майора СК, а в желании захватить 20 000 га плодородной земли. Почему дело по тем же основаниям было вновь заведено 21 сентября? Дело в том, что прокуратура края хотела обжаловать постановление краевого суда. Но 19 августа суд ей в этом отказал. 20 августа Тищенко вновь обращается с заявлением.

Уникальная вещь — Следственный комитет возбудил дело уже на следующий день, 21 августа. Каким образом следователям удалось за сутки собрать доказательства вины, непонятно. По словам адвоката Татьяны Бизяевой, «все следственные действия, проведенные в рамках предыдущего дела, сами по себе незаконны, и это признано судом».

Все заинтересованные лица понимают, что громкое дело кончится ничем. Не мог Николай Напханюк дать разрешение, оно было бы незаконным. Не мог Евгений Напханюк блокировать проезд Тищенко, есть другая дорога. А если бы Тищенко и перечислил Напханюку-младшему средства, они физически бы не попали к Напханюку-старшему.

В постановлении о возбуждении указано, что Напханюку старшему принадлежит 67% акций «Октябрьского». Ну почему следователи не уточнили, что они уже давно не в его управлении и дивидендов он не получает?

Для того, чтобы выяснить эти очевидные вещи, журналистам ПАСМИ потребовалась неделя, в ходе которой мы изучили документы и опросили и подозреваемых, свидетелей и заявителя. Взятки нет, не было и не могло быть.

Заявитель Юрий Тищенко записывал все разговоры с Напханюком. Вопрос следователям: а вы их читали? Там есть хоть слово про вымогательство?

Сам Тищенко цинично относится к таким вещам. По его мнению, «на сегодняшний день, при наличии желания и воли пишется еще одно заявление и возбуждается уголовное дело».

Такая спешка может быть объяснена лишь одним. Кто-то очень хочет банкротства «Октябрьского», а для этого нужно вывести из игры Напханюков под любым предлогом. В этом случае 20 000 га земли уйдут в другие руки.

Чиновники спасают, правоохранители уничтожают

В ходе прошлого, незаконного уголовного дела хозяйство чудом спасли от ликвидации. Среди пайщиков, а их полторы тысячи, началась паника, люди были готовы избавиться от паев и развалить таким образом хозяйство, чье руководство оказалось под арестом. Хозяйство спас министр сельского хозяйства края Владимир Ситников. Он лично общался с колхозниками, выступая в роли психотерапевта, гасящего панику. В итоге, люди поверили его доводам о том, что надо держаться вместе.

«Я не могу сказать, насколько мне удалось погасить те или иные процессы, но то, что это является сдерживающим фактором, однозначно да», — рассказал Владимир Ситников в интервью ПАСМИ.

Политика Ситникова и нового губернатора Владимирова проста – сохранить крупные хозяйства, потому что они прозрачны, платят налоги и занимаются социалкой. Но сможет ли  правительство края два года подряд защищать «Октябрьский» от уничтожения? В этом году колхоз спасли три фактора: принципиальность Ситникова, непредвзятость ставропольского краевого апелляционного суда и природное чудо — колхоз получил рекордные урожаи и обошелся без кредитов. Сейчас начинается новое дело.

По словам Николая Напханюка, «дело против него и его сына преследует лишь одну цель — захватить 20 тысяч гектаров земли».

Постановлении о возбуждении первого уголовного дела было признанно незаконным. Президент России Владимир Путин в ближайшее время намерен внести в парламент законопроект, усиливающий ответственность правоохранителей за незаконное преследование. Месяцы домашнего ареста, невозможность работать, — если человек окажется невиновен, то виновным будет следователь. Но если будут возбуждаться новые и новые уголовные дела, то виноватого все же найдут.