22.12.2016 / 13:43

Покорно нести взятки – не нормально 

В Первое Антикоррупционное СМИ, в рубрику «Сообщить о коррупции» поступило письмо известного кавказского журналиста Елены Бадякиной. Она не понаслышке знакома с тем, как сложно журналисту писать о коррупции, проводить журналистские расследования, и какой опыт противодействия коррупции можно перенять у других стран.

ПАСМИ размещает обращение. Текст приводится в авторской редакции.

Елена Бадякина

Елена Бадякина

«Коррупция настолько  глубоко проникла в нашу жизнь (недавний арест Улюкаева и ряд громких уголовных дел в отношении губернаторов — тому подтверждение), что сейчас гораздо труднее назвать  сферы жизнедеятельности, не подверженные этим процессам.  И для описания данного явления,  с которым пытаются бороться, увы, пока что без ощутимых успехов, нужны определенные термины.  Ведь, к примеру, химики или физики общаются друг с другом с помощью специальной лексики. Равно, как и медики, архитекторы, представители любой другой профессии.  Ведь нередко в уголовных делах или в публикациях на тему коррупции можно встретить такие экзотические сочетания, как «распил бюджетных средств, отмывка денег, взяткоемкая статья, крышевание» и т.д.

Многие словечки прочно вошли в нашу жизнь из лагерной среды, другие — из высоких чиновничьих кабинетов, что не делает их менее омерзительными.  И печалит не столько обыденность этого уголовного жаргона, сколько неверие людей в справедливое наказание коррупционеров.

И люди продолжают покорно нести взятки в школы, больницы, в чиновничьи кабинеты. А ведь этого не должно быть, это не нормально! С подобными явлениями призваны бороться правоохранительные органы, которые, увы, зачастую закрывают глаза на вопиющие случаи вымогательств, а, порой и сами выступают в роли посредников и даже получателей. И, порой именно журналисты, СМИ принимают на себя функцию разоблачителей взяточничества, выводя на чистую воду зарвавшихся коррупционеров. И делают это, зачастую, с риском для жизни. Есть уже и погибшие в этой неравной борьбе.

Особенно нелегко региональным изданиям,  полностью зависящим от местного начальства. И, если вдруг они вздумают бороться с компаниями или бизнесменами, приближенными к правящим структурам, то им могут просто перекрыть кислород. А рычагов воздействия на СМИ найдется немало, от пожарной инспекции до расценок на типографские услуги.

И поэтому не всякий редактор районного или областного издания возьмет на себя смелость выступать с разоблачительными материалами, предпочитая отделываться лишь общей информацией.

В этом плане, центральным СМИ намного легче. И потому люди  из регионов обращаются за помощью в Москву, в федеральные СМИ, надеясь на них, как на последнее спасение.  Но и журналистам, работающим в центральных изданиях, непросто бывает  бороться с высокопоставленными взяточниками, в Союзе журналистов России целая стена с портретами журналистов, убитыми не только в горячих точках, но и за свои разоблачительные статьи. Но, на смену павшим приходят молодые журналисты, которые продолжают борьбу.

А вот их зарубежным коллегам не просто даже представить, какому риску подвергают себя и своих близких те, кто отважится выступить против коррупции. Не понятны и многие наши термины.

Однажды я спросила у знакомой француженки, которая много лет живет и работает в Москве и владеет русским языком в совершенстве, возможно ли перевести на французский язык такие, привычные для нас, словечки, типа «откат», «наезд», «крышевание» и т.п. И она честно призналась, что сделать это без развернутого описания подобных явлений невозможно. Зарубежные читатели и зрители даже не поймут, о чем идет речь.

Впрочем, нашелся один дотошный французский журналист, который выпустил целую брошюру с описанием непонятных терминов, встречающихся в российских СМИ. Это был нелегкий труд. Ведь порой для пояснения коротенького словечка, понятно всем нам, требуется несколько страниц убористого текста. Но даже в этом исследовании он не смог охватить все сферы нашей жизни, и  многие понятия так и остались не раскрытыми.  Так что, западным коллегам, работающим в России, равно, как и тамошним переводчикам, бывает нелегко объяснить  читателям, что обозначают фразы, описывающие деяния наших коррупционеров. В их странах подобные явления, если и не уничтожены полностью, то сведены к минимуму.

Впрочем, за примерами успешной борьбы с коррупцией далеко ходить не надо  – в соседней с нами Беларуси с взяточниками борются жёстко и решительно. Несколько лет назад в Минске  я принимала участие в пресс-конференции на тему «О противодействии преступлениям в экономической сфере и борьбе с коррупцией в Республике Беларусь», где нам,  российским журналистам, была предоставлена подробная информация по данной теме. Выступавшие перед нами высокопоставленные сотрудники МВД и КГБ приводили впечатляющие цифры реальной, а не показной  борьбы  с экономическими преступлениями. Тем не менее, и в Беларуси имеются случаи получения взяток, незаконных сделок.

На мой вопрос, что происходит с изъятым имуществом коррупционеров,  глава управления по борьбе с коррупцией и организованной преступностью Генпрокуратуры республики ответил: конфискованные особняки передаются под детские сады и многодетным семьям, а денежные средства возвращаются в бюджет.

В Государственной программе по борьбе с преступностью и коррупцией, утвержденной Указом президента Белоруссии от сентября 2010 года, прописаны конкретные меры, позволяющие пресекать нецелевое расходование средств. И, встречаясь с российскими журналистами, президент РБ А.Г. Лукашенко не раз подчеркивал, что борьба с экономическими преступлениями  является одной из приоритетных задач руководства и правоохранительных органов республики, поскольку, по его твердому убеждению, ненаказанная коррупция, подобно ржавчине, разрушит основы любого государства. В рамках этой борьбы с незаконными предпринимательством было громкое дело «Уралкалия», которое в Беларуси метко переименовали в «укралкалий». Но все неопровержимые доводы белорусских следователей, вскрывших многомиллиардные хищения в российско-белорусской  компании,  в итоге, разбились о жесткое требование  российской стороны вернуть топ-менеджера компании В. Баумгертнера. А он, вернувшись на родину, вместо отбывания тюремного срока, как того требовала белорусская сторона, занял кресло генерального директора портовой компании «Global Ports». О какой реальной борьбе с коррупцией можно говорить после этого?

Так что малопонятные для западного обывателя словечки, типа « откаты и распилы» еще долго будут звучать в нашей речи. А ведь так хочется, чтобы они поскорее стали анахронизом, как и само это уродливое явление под названием «коррупция».

Сообщить о коррупции — мы опубликуем ваши материалы